***
По листу бумаги активно скользил грифель. Уже в привычной позе Полина сидела подле окна и что-то вновь старательно выводила в тетради, которая хранила в себе внушительное количество рисунков. После очередного пережитого стресса уснуть удалось не сразу. Сначала она некоторое время приходила в себя, после долго ворочалась и когда, наконец, задремала, приснился жуткий сон, будто девушка билась в агонии, окружённая безжалостным пламенем. Вскочила Хюррем резко, вся в поту, да вдобавок будто горела изнутри. Воздух спирал. Потребовалось несколько секунд, чтобы наконец-то начать нормально дышать. Одеяло оказалось на полу, а во рту ощущался металлический привкус. Рыжеволосая умудрилась во сне прикусить губу до крови.
После подобного пробуждения потребовался целый кувшин воды. Больше, конечно, засыпать не хотелось. Чтобы немного отвлечься, Полина решила порисовать, ведь обычно это занятие её успокаивало. Только вот не задача... Девушка вытянула перед собой рисунок и в тотчас откинула тетрадь, словно та ей стала противна. Неосознанно она запечатлела на бумаге огонь... И вдруг такая злость накатила, что Хюррем схватила обратно тетрадь и без сожаления вырвала рисунок. Мяла очень долго, с нажимом, сильно, будто так выплёскивала эмоции, а затем подскочила и подбежала к камину, кинув на съедение языкам пламени бумажный ком. На мгновение рыжеволосая замерла, завороженно смотря, как рисунок превращался в пепел. Но когда стало совсем жарко опомнилась и отскочила назад. Перед глазами встала картинка...
Вокруг Виктории сомкнулось кольцо из любопытных рабынь. Калфы быстро среагировали и забрали из обожжённых рук девушки сыновей Султана. Почему-то Полина замерла в объятиях Сюмбюля, словно не верила глазам, а тот, видя, что она успокоилась, отошёл, не смея больше удерживать. Вот только по голове набатом забило осознание... Рыжеволосая проговорила одними губами:
— Михримах...
Но дальше голос сорвался на крик:
— Михримах! Где Михримах Султан?!
Несколько пар глаз тут же устремились на неё, словно девушка выжила из ума. Не зная, куда деться, Хюррем завертелась по сторонам в поисках ответа, а затем резко ринулась вперёд, желая пробраться в помещение, где случился пожар. Благо, ее вовремя удержали, и за спиной послышался голос:
— Хюррем Хатун, успокойся!
То была Валиде Султан и не успела женщина продолжить, как разнеслось громкое:
— Дорогууу Султан Сулейман Хан Хазретлери!
И после всё смешалось в одно вязкое нечто. Колотилось сердце, разнося по венам кровь. Налилась свинцом голова. Стало жутко невыносимо находиться среди толпы...
Только потом Полина узнала, что оказывается за несколько минут до пожара маленькую госпожу забрала Эсма, так как та от чего-то начала сильно капризничать. И на душе отлегло.
«Я тут точно рассудка лишусь! Хорошо обошлось всё. Султан Фирузе с детьми на ночь к себе забрал. Мы с Эсмой вдвоём тут. Надеюсь, я ее не разбудила своими скачками...»
Хюррем осторожно глянула на соседнюю постель. Кажется, девушка спала крепко, чему позавидовала рыжеволосая.
«Мне бы так. Спать теперь страшно. Приснится хрень какая-то и потом здравствуй один седой волос на голове! Судя по обстановке за окном, сейчас уже утро. Рассветает потихоньку. Как бы то ни было, но нужно хоть немного вздремнуть. Иначе свалюсь попросту.»
Рыжеволосая улеглась на постель и попыталась найти удобную позу. Веки быстро стали тяжёлыми, из головы разом улетучились все мысли. Девушка погрузилась в дрёму.
***
Первые лучи солнца вытеснили из огромного дворца весь мрак, однако его остатки ещё хранились в обитателях, после событий накануне. Вяло начинался новый день. По коридорам разгуливали чьи-то голоса, слышались шаги, из главной кухни тянулся приятный аромат. Государственные деятели медленно стягивались в Топкапы, ведь Султан после долгого отсутствия планировал вершить новые дела.