Впрочем, почему – «словно»? Эти люди лишь тени в чужой памяти, и мы для них не существуем, они не видят нас, как книжным персонажам не дано заметить взгляда создавшего их писателя.
– Где мы?
– Какой-то очередной бал.
– Здесь что-то произошло? – не знаю, почему я об этом спросила. Просто прежде во снах мы были только вдвоём и никого поблизости, в поле зрения.
– Наверное, – Нордан нахмурился. – Дирг знает, почему бал, почему именно этот бал.
– Норд, ты… мы забрали тебя из той ледяной комнаты.
– Мы? – повторил мужчина недовольно, подозрительно. – Ты тоже спускалась в подземелье?
– Да.
– Дрэйк совсем рехнулся?
– Я сама попросилась, – возразила я.
– А он и согласился? Или ему на радостях чувство осторожности и необходимости защищать свою женщину отказало?
Взгляд мой выхватил вдруг среди танцующих знакомую мужскую фигуру. Я шагнула вперёд, присматриваясь к ней. Удивительно. И странно немного – видеть перед собой одного Нордана и знать, что рядом стоит другой. Понимаю, всё вокруг, включая «двойника», лишь сон-воспоминание, но не могу избавиться от ощущения колючего мороза, пробежавшего по спине. И только спустя мгновение замечаю невысокую темноволосую девушку в вызывающе полупрозрачном жёлтом платье, держащую второго Нордана под локоть.
– Кто это?
– Это… – мужчина рядом со мной прищурился чуть, рассматривая самого себя и девушку, и неожиданно нахмурился сильнее. – Никто.
Музыка стихла постепенно, танцующие остановились, а «двойник» со спутницей приблизились к одной из вальсировавших только что пар.
– Да это же Беван! – обрадовалась я, узнав мужчину в паре.
– Шель, это не стоит твоего внимания, – Нордан потянулся ко мне, но я решительно направилась к знакомым лицам, маневрируя среди людей осторожно, скорее по привычке – почувствую ли я удар от столкновения с тенью из воспоминаний или пройду беспрепятственно сквозь неё? Или она сама рассеется дымкой?
– Я-то думал, где ты пропадаешь. Решил даже, что ты загулял и потому опаздываешь, а ты, оказывается, уже не один, – тот же голос, те же нотки, насмешливые, презрительные.
– Норд. Ну вот он я. Можешь передать нашей наседке, что все цыплятки на месте, и на том разойдёмся и не будем друг другу мешать. Зал и так слишком мал для нас четверых, – Беван отвечает раздражённо чуть, улыбается через силу.
– Сам Дрэйку передашь.
– Хорошо, передам сам.
– Ты колдунья? – звенящий голосок девушки в жёлтом. Лицо её, как и у всех собравшихся, скрыто полумаской, но мне кажется, она красива. Миниатюрна, с точеной фигурой, которую полупрозрачная ткань и фасон платья скорее выставляли напоказ, нежели прятали.
– Нет.
Второй девичий голос мне знаком. Я перевела взгляд на даму Бевана, высокую, светловолосую, в старомодном голубом платье с пышной юбкой.
– Я тебя здесь раньше не видела.
– Это маскарад, Регина, – заговорил «двойник», и я услышала оттенок холодного пренебрежения. – Под масками и костюмами может прятаться кто угодно, вплоть до девки с соседней улицы.
– Ты бы следил за словами, Норд, – вмешался Беван.
– Я что-то не то сказал?
– Норд! – я оглянулась возмущённо на своего мужчину.
– Я же сказал, это не стоит твоего внимания, – повторил он раздражённо.
Стремительное движение передо мной, и я отшатнулась инстинктивно, хотя вокруг просто тени и движение это направлено не на меня. Я заметила, как спутница Бевана отпрянула столь же резко, уворачиваясь от внезапно потянувшейся к ней Регины, заметила, как Беван заслонил девушку собой. Заметила кулон на её груди – золотую подвеску в форме бутона розы.
– Это она, – прошептала я, рассматривая светловолосую девушку заново, пристальнее.
– По-моему, тебе пора выгуливать свою гадюку на коротком поводке и в наморднике, – Беван обернулся к спутнице, что взирала настороженно на Регину, положил руку на открытое платьем девичье плечо. – Идём. Поищем место, где воздух чище и полезнее для здоровья. Здесь слишком много вредных ядовитых испарений.
– Кто бы говорил, – заметила Регина насмешливо и отпустила руку сопровождающего. – Норди, мне нужно попудрить носик. Не скучай тут без меня.
Я отвернулась, не желая наблюдать, как Нордана страстно целует другая женщина. Пусть это прошлое, пусть этой женщины давно уже нет в жизни Нордана, но доводы рассудка не сдерживают уколов ревности.