– Раньше с нашей дочерью была ты и хотя бы Лиса, а сейчас – только оборотень, которого я не знаю и которому у меня нет причин доверять, – мужчина потянулся ко мне, коснулся моей щеки. – Поэтому я хочу, чтобы ты сегодня же написала Тайе и попросила её привезти Эстеллу к нам, – за внешней снежной мягкостью тона – твёрдая, скованная морозом земля принятого решения, жёсткая непоколебимость.
– Но… – на мгновение охватила радость – я увижу нашу девочку, мою Звёздочку, обниму, прижму к груди. И отступила сразу же – в Эллоране опасно, вдруг о нашей малышке узнают старшие, узнает Рейнхарт?
– Послушай меня внимательно, котёнок, – Нордан медленно обвёл подушечкой указательного пальца контур моих губ, словно останавливая готовые сорваться возражения, протесты. – Магия, скрывающая общину, не всесильна, это не абсолютная защита, а уединённость – не гарант и не панацея. Вас не искали или, во всяком случае, не искали как следует прежде всего потому, что Дрэйк убедил Рейнхарта и остальных в нецелесообразности этой затеи. Поверили они ему или, что скорее вероятно, сделали вид, будто верят – разговор отдельный. И империю вы покинули фактически через портал, а их в разы сложнее отследить, подчас даже невозможно. Вернулись же поездом, нигде не срезая путь через сжатое пространство. Соответственно, можно проложить ваш маршрут в обратную сторону. Ко всему прочему общины не отказывают попавшим в беду женщинам, как оборотням, так и представительницам других видов. Под личиной нуждающейся женщины в общину можно проникнуть кто угодно, лишь бы был женского пола и с убедительной историей. Нынешнее кажущееся бездействие Рейнхарта подозрительно, а у нас, к сожалению, нет возможности следить за ним и предупредить его действия.
– Ты думаешь, он может… – я начала фразу и умолкла. Мне страшно от мысли, что Рейнхарт может найти Эстеллу, использовать нашу девочку в качестве рычага воздействия, забрать её у нас и воспитать, как Веледу, по своему разумению.
– Я ничего не исключаю. И я не склонен доверять ни людям, ни нелюдям. Тех, кому я доверяю, очень и очень мало и ни одного нет рядом с нашей дочерью.
– Норд, я тоже боюсь за Эсти, но мне кажется, в империи будет только хуже…
– Эта диргова община находится слишком далеко, до неё не доберёшься быстро и не проверишь, всё ли на самом деле в порядке с Эстеллой. Если предположить на минуту, что нашу дочь могли забрать оттуда, то мы даже узнаем не сразу, а лишь тогда, когда нам сочтут нужным сообщить. То, что раньше было плюсом, теперь – рискованный, непозволительный в нынешней ситуации минус. Шель, напиши Тайе, пусть привезёт Эстеллу сюда, как только получит письмо. Не упоминай, что это моя идея. Я найду надёжного сопровождающего, который встретит их и поможет срезать путь. Поняла?
Кивнула, не смея возражать. Во мне боролись подозрительность, всколыхнувшаяся в ответ на слова Нордана. Вера в близких, шепчущая, что Тайя не может предать, навредить Звёздочке, не может, не должна оказаться шпионом, подосланным к нам Рейнхартом, следившим за нами все эти годы, выжидавшим удобный момент. Страх за дочь, где бы она ни была, в общине или здесь, в столице империи. Желание увидеть Эстеллу, кажется, прошла вечность, как я видела её в последний раз, спящую мирно в своей кроватке.
– Прости, что напугал, – мужчина придвинулся ближе ко мне, погладил по щеке. – Но ваша с Эстеллой безопасность прежде всего. В крайнем случае мы отвезём её в действительно надёжное место, под защиту, в которой я буду уверен.
– А если её уже… – сердце сжалось от ужаса, ледяного, всепоглощающего, от предположения, что Звёздочку могли похитить, пока я, бросив её в общине, помчалась легкомысленно навстречу другой опасности.
– Тише, не думай об этом, – Нордан поцеловал меня, едва касаясь моих губ.
Отстранился на мгновение и поцеловал вновь, чуть настойчивее, вопросительно. Я ответила – на поцелуй, на невысказанный вслух вопрос, – обняла мужчину, притягивая к себе. Мне всё равно страшно, за прошедшие годы я отвыкла подозревать всех подряд в зломыслии, я верю, что те, с кем дружишь давно, кто не оставил в минуту невзгоды, не могут предать.
Нордан осторожно опустил меня ниже по подушке, откинул одеяло. Поцелуй сдержан, нетороплив, долог. Я позволила себе раствориться в хрупких ощущениях, стараясь и впрямь не думать о плохом заранее, не предполагать худшее, не будучи уверенной, что страшный сценарий действительно воплотился в жизнь. Мне спокойнее в объятиях Нордана, спокойнее, когда он рядом, и даже его недоверие ко всем и ко всему не могло поколебать моих чувств к нему.