– Вперед, – скомандовала я, уняв накатившую дрожь, и решительно ступила на кладбищенскую землю, пропитанную духом вечного покоя и молчания. Лошадей мы привязали подальше отсюда, прикрепив к седлам головки чеснока.
Ума не приложу, откуда во мне столько решимости. При каждом шаге я чувствовала слабость и тошноту, каждый метр давался мне с трудом, но я все же шла вперед, умудряясь еще и подбадривать при этом своего спутника. Кай шел позади след в след, это я определяла по ритмичному стуку зубов за спиной. Если честно, мои зубы тоже выбивали дробь, а плечи ежеминутно передергивало – я так и не смогла взять себя в руки окончательно.
Сделав очередной шаг, я почувствовала, как что-то холодное обвило лодыжку, дернула ногой и из тумана показалась костлявая рука.
– Мама!!! – отчаянно завопила я и рубанула мечом. Рука рассыпалась, освободив ногу. Однако подобные "подземные прелести" показались со всех сторон. Кай принялся что-то бормотать, сначала себе под нос, а затем все громче и увереннее. Молитвы возымели действие, и я вновь убедилась, что со спутником все же не прогадала, не смотря ни на что.
К тому моменту, когда мы приблизились к заветному склепу, я уже довольно ловко махала мечом, и даже на место страха по отношению к мертвым лапкам пришло легкое раздражение. Я вообще обратила внимание на закономерность: чем больше потрясений я испытываю за эти несколько дней, тем крепче у меня становятся нервы и тем проще отношение к окружающему и происходящему…
Мы, наконец, миновали мраморные статуи волков, но нас остановила массивная входная дверь склепа. На ней не было ручек, лишь крестообразное отверстие посередине, вероятно, служившее когда-то украшением. Я начала ощупывать дверь, пытаясь найти скрытый механизм, когда Кай с силой пихнул меня локтем в бок, сбив дыхание.
– Что? – возмутилась я, оборачиваясь.
– У нас проблемы, – кивнул напарник на белые фигуры у входа.
Мы оказались в ловушке: с одной стороны пара оживших мраморных волков, оскаливших зубы так, что слюна капала на землю, с другой – закрытая дверь. Выбор не велик.
– Отвлеки их, а я попробую еще раз, – заявила я Каю и вновь повернулась к двери, надеясь на находчивость напарника.
Он меня не разочаровал. Достав из сумки Библию и крест, парень вновь начал читать молитвы. Волки отступили, но уходить не собирались. Кай продолжал читать, но с каждой следующей молитвой его голос дрожал все сильнее, появились ноты обреченности. Он терял надежду, и волки, чувствуя это, подходили все ближе и ближе. Время шло, а дверь не хотела поддаваться, я со злости пнула ее ногой. Мой взгляд скользнул по крестообразному отверстию… Елки малиновые, какая же я дура!!!
– Читай, – крикнула я Каю и, сдернув с шеи свой медальон, приложила его к углублению в двери.
Послышался скрежет, и, приоткрывшись, дверь пропустила нас внутрь. В лицо дохнуло сыростью и трупным запахом. Горящие факелы осветили трон, на котором восседал человек в потертой кожаной куртке. Несмотря на неестественную бледность, его черты лица не вызывали отвращения или страха. Вампира я себе представляла совершенно по-другому.
– Я ждал тебя, – сказал человек и добавил. – Мы ждали.
Из темноты начали выползать уродливые существа, а из-за его трона вышел…огромный серебристый волк и сел рядом.
– Смерть твоя пришла... – сглотнув, робко, полувопросительно уточнила я, обращаясь к Вриколасу.
– А чего без косы? – улыбнулся тот.
– И так справлюсь, – я мысленно прикрикнула на себя и гордо выпрямилась, сжимая в одной руке факел, а в другой – клинок, и одновременно пытаясь сообразить, как дотянуться до осиновых кольев в сумке.
По морде волка скользнула мимолетная улыбка и затерялась в льдисто-голубых глазах. Ничего подумать по этому поводу я не успела, потому что земля ушла из-под ног, и я воспарила. Офигеть! Божественный знак? К сожалению, нет. Просто два вампира неслышно подошли сзади и, взяв меня под руки, подняли над полом, ожидая приказа Повелителя. Признаться, так отчаянно я еще не сопротивлялась, но силы были не равны. У меня отобрали факел, меч и сумку с кольями и святой водой, зато перед этим одному я подпалила факелом крылья, а другого сумела таки задеть лезвием и лягнуть в пах, когда он пытался заткнуть мне рот, чтобы я так страшно не ругалась. Бедняга задохнулся и скрючился на полу, но меня тут же подхватил его собрат, а еще один позаботился о моих ногах. Я фыркнула и еще раз выругалась. Без мата, конечно (неудобно как-то, в гостях все-таки), но витиевато. А что еще делать? Орать-то бесполезно.