Несмотря на немужественный вопль, дальше Сан Шин не терялся. Выпустив водяные хлысты, он на удивление ловко и метко принялся орудовать ими, откидывая подступающих мертвецов.
А я, почти с ужасом пялясь на них, осознала, что, похоже, прикидываться ветошью и дальше не получится.
Потому что, судя по уродливым шрамам и обугленным полосам на шеях, это не были новые монстры.
Это восстали те, которых мы только что положили. И я зря пыталась не выпускать свою силу, хотя она билась о меня изнутри, как взбесившаяся река о хрупкую плотину. Но в том-то и дело… в том-то и дело, что если я ее выпущу…
Ударила я сразу и быстро, надеясь, что в шоке от восстания того, что не должно было восстать, Сан Шин не обратит внимания на нехарактерную силу. Хотя, конечно, такой всплеск мог не заметить только слепоглухонемой.
Мертвецы даже не сгорели — просто рассыпались золой. А я почувствовала, как земля под ногами начинает выплясывать. Отвыкла я от масштабного применения дара, отвыкла… а это тело и вовсе к такому не привыкало.
Я пошатнулась, но кто-то слева не дал мне упасть. Сначала я подумала, что это Огонь, но нет, слишком маленькая и нетвердая рука.
— Надо… сжигать целиком. — Язык заплетался, перед глазами плясали мушки, делая и без того темные предметы вокруг неразличимыми. — Думаю, уж после этого не поднимутся.
Судя по звукам, из коридоров вылезло еще несколько тварей, не попавших под мой удар. Рядом вспыхнуло пламя — Дин не стал мелочиться и решил, кажется, просто сжечь все вокруг. Разумно, если не учитывать, что, во-первых, с таким бешеным расходом энергии и без стабилизации пробегает он недолго, а во-вторых, «все вокруг» — это, мать его, дом, в котором мы находимся.
Последняя мысль, видимо, пришла в голову и ему.
— Сан Шин, к выходу, — рявкнул он. — Твоя задача — следить, чтобы выход и центральный коридор не горели, когда мы попробуем выйти. И чтобы никто, кроме нас, через него не прорвался. Пошел.
— Принял.
Поддерживающая меня рука исчезла, благо ноги уже обрели относительную твердость, а глаза — подобие ясности.
— В строю?
— Всегда. — Я проморгалась и вынула на всякий случай клинок. Рисковать и пускать в ход силы снова не хотелось. — Пошли, пока вместе с мертвяками не погорели перекрытия.
Двигаться было сложно, слабость усугублялась накапливающимся дымом и неровным светом. После трех комнат, вспыхнувших вместе с останками тварей, я уже даже не пыталась поднимать меч, просто ползла за Огнем почти на ощупь, полностью сосредоточившись на его энергетических путях.
Они буквально трещали каждый раз, когда с пальцев его срывались столбы пламени, это ощущалось как попытки зашить паутину, которую во все стороны треплет ветер.
Мысль, что, возможно, мне следовало тоже выйти из дома и работать оттуда, пришла слишком поздно, одновременно с налетевшим мертвецом.
Отрубить голову не вышло ни с первого раза, ни с третьего, к тому времени, как покрытая уродливыми наростами башка откатилась от тела, я успела запыхаться.
Зато это поставило точку в вопросе моих нынешних способностей.
— Сожги его, я на выход. — Признавать свою бесполезность всегда тяжело, но порой это лучшее, что ты можешь сделать для других. Сколько связок погибало просто потому, что кто-то из команды не поспешил предупредить, что у него закончились силы и он дальше не может вести бой. Уж лучше отсутствие поддержки, чем боец-дырка, на которого ты рассчитываешь, но который в решающий момент не сможет тебя прикрыть.
— Иди. — Дин запустил очередной огненный поток и даже не обернулся.
Лестница еще не горела, так что выползти в коридор не составило труда. Черный едкий дым царапал горло, но, двигаясь почти вслепую, я пыталась ни на секунду не терять связи с товарищем.
Потому, конечно же, не заметила темную щель в нижней части стены, пока ледяная когтистая рука высунувшейся оттуда твари не полоснула меня по бедру, раздирая плоть и утаскивая вниз.
Уронив бесполезный меч, я шарахнула впившегося в меня мертвеца остатками сил аватара и рухнула в темноту.
Глава 44
Ли Нин
Сознание приходило медленно, урывками. Казалось, вот-вот — и ясность вернется, но затем сумрак вновь утягивал в бездну, оставляя лишь клочки звуков и ощущений.
Когда мне наконец удалось открыть глаза, первым, что я увидела, были звезды. Удивительно яркие на абсолютно черном небе.
Застонав, я попыталась пошевелиться, но ни один мускул не пожелал отозваться на призыв мозга.
Незамеченным мое пробуждение не осталось — на фоне неба тут же возник силуэт. В свете костра было не разобрать, но по голосу я узнала Сан Шина.