Точнее, попыталась.
Я увернулась от загребущих рук и вцепилась в дверной косяк.
— Ты чего уперлась? — удивился бледный непрошеный помощник. — Ты же теперь в нашей группе, значит есть и все прочее будем вместе.
Перспектива меня не вдохновила, особенно по поводу «всего прочего».
— Не надо, спасибо. Я привыкла с ними. — я мотнула головой в сторону растерявшихся девиц, не понимавших, как им реагировать. На помощь звать вроде не из-за чего, а просто уйти — похоже на предательство. Я же явно не в восторге от навязанной компании.
— Зачем они тебе? — почти дословно повторил слова преподавателя недоумевающий Маури. — Они же бесполезные. Ну, если только…
Он не договорил, но приятели его понимающе заухмылялись.
Я отцепилась от косяка и гордо выпрямилась, приготовившись обороняться. Пусть только попробуют уволочь за столик силой, мигом близко ознакомятся с содержимым тарелок!
— Между прочим, меня вы только вчера тоже считали бесполезной. — я сделала паузу и обвела весельчаков тяжёлым взглядом.
Мне в свое время для работы на камеру пришлось поработать над выражением лица. Когда сосредоточусь — такое зверское делается, будто я кого убила и теперь прикидываю, куда девать расчлененку. Поначалу клиенты пугались, особенно при первом личном контакте в фитнес-клубе. Так что долгие часы я репетировала перед зеркалом небрежную улыбку, чтобы запомнить ощущения. И после, стоило поймать себя на сосредоточенном оскале, старательно ее воспроизводила.
Только вот сейчас мне пригодился именно подавляющий волю, злобный ощер. Маури сглотнул, волевым усилием удержавшись на месте.
В контактном бою я вряд ли кого смогу победить, но знатно напинать успею. Парни послание считали на раз, и галантно отступили в сторону, освобождая мне дорогу к моим магичкам.
Не думаю, что мне удалось вызвать у них угрызения совести. Скорее, им и самим не особо хотелось тащить к себе за стол девицу сомнительного поведения, раз тренер приказал, то надо. Но очень сильно надеюсь, что сумела заронить в их головы некоторые сомнения в правильности мироустройства. Что, если не только я, доказавшая на деле, чего стою, достойна уважения и отношения, как к равной? Может, девицы тоже люди?
Подцепив под локти Сигге и Мариллу, я гордо прошествовала к стойке раздачи, и только там отцепилась, чтобы взять поднос.
— Пошла бы, чего уж там. — пробормотала неслышно рыжая, осуждающе поглядывая на меня. Ей все еще казалось несправедливым, что меня перевели в другую команду, но по крайней мере теперь она не винила в этом меня, а наоборот, своеобразно поддерживала. По мнению Сигге, я теперь должна была влиться в дружный мужской коллектив и перевоспитывать их, так сказать, изнутри.
Я же за невыполнимые задачи браться не собиралась. Показывать лучше всего на живом примере. А то я так и останусь единственным исключением, приравнянным к мужчинам и нормальным людям, а остальные продолжат считаться шлюхами и вторым сортом. Как иначе, если я тоже перестану с девочками общаться? Логика толпы она такая, не особо логичная.
Так что я несколько демонстративно брякнула подносом рядом с тремя подругами по несчастью, обозначая свою позицию. Мол, я крута, но при этом остаюсь порченым Сосудом. Как хотите, так и переваривайте новости.
Реагировали по-разному.
Мои будущие одногруппники пожали плечами и заняли соседний с нами столик, чем завоевали еще немного бонусных очков с моей стороны.
— У них к таким как мы проще относятся. — едва слышно шепнула мне на ухо Марилла.
— У кого — у них? — так же тихо уточнила я.
— Ты что же, не знаешь, кто тебе помог? Семья Тайто — одна из самых влиятельных в Долинах. А Маури шестой в очереди наследования. — изумилась с другой стороны стола Сигге. Не так уж мы и тихо шептались, оказывается.
Похоже, мне помимо уроков еще и местную географию учить придется. Вместе с иерархией.
Не все оценили мой демарш по достоинству.
Враки это, что мужчины не сплетничают. Уже к обеду на меня в открытую показывали пальцем, что-то при этом шушукая. Обсуждала непонятную новенькую вся Академия, и я от такой славы чувствовала себя не в своей тарелке.
Даже в библиотеке, куда мы с Сигге наконец-то добрались, опасливо оглядываясь по сторонам, про меня уже слышали. Пожилой библиотекарь, в франтоватой жилетке, с длинными, убранными в старомодный низкий хвост седыми волосами, которым он неведомым способом придал неестественной пышности, оглядел меня с ног до головы, а потом, вооружившись очками, и с головы до ног.
— Мда, в наше-то время девицы стеснялись демонстрировать свои ноги. — проскрипел он, оценив виднеющиеся из-под туники штаны.