А Маури вполне может за это время умереть. Или стать инвалидом.
Если бы он мог питаться, я бы с радостью предложила ему свое запястье. Мы уже проверили, в этом плане совместимость у нас на уровне…
Придется экстренно проверять и другую совместимость. Точнее, сразу две.
Я оглядела приемный покой. С уединенностью и приватностью тут большие проблемы, но если сдвинуть ширмы…
— Помогай давай. — пропыхтела я, берясь за каркас с натянутой тканью с одной стороны. Оборотень послушно подхватил другой край, и вместе мы перетащили ближайшую ширму вплотную к койке вампира. Ту, с которой я поднялась не так давно, сдвинуть было тяжелее, кажется, она даже была привинчена к полу, до тех пор, пока за нее не взялся Кьяртан.
— Можешь надорвать ткань вот тут? — я провела линию пальцем по ширме, где-то на уровне руки и груди лежащего Маури.
— Зачем? — удивился оборотень, тем не менее выпуская коготь и пропиливая дыру с душераздирающим треском. Ткань оказалась прочнее, чем я думала, и рвалась с трудом, оставляя след измухряченных клочьев нитей.
— Затем, что я не люблю зрителей. — пробурчала я, оглядывая получившуюся конструкцию. Теперь, просунув руку в щель, я могла дотянуться до руки Маури и переплести наши пальцы. Для этого, правда, придется перегнуться через койку — ну, так оно даже удобнее. Не придется смотреть в глаза тому, кто будет сзади. Лучше уж провернуть все быстро и безлично.
Я обернулась к Кьяртану.
— Трахни меня. — он сначала подумал, что ему померещилось, и вытаращился на меня квадратными глазами.
Я и сама от себя была в шоке, но звать сейчас братьев-дроу и отвлекать от поиска демонов мягко говоря, неразумно. Да и не факт, что я вообще до них докричусь мысленно, а пока я буду бегать их искать, вампир десять раз успеет умереть. Оставалось использование подручных средств… то есть адептов. Как вытягивать энергию без секса мне никто не объяснял, так что придется идти проверенным путём.
— Ты имеешь в виду… — протянул Кьяртан все еще неуверенно, подозревая, что ему послышалось. Вместо ответа я принялась деловито стаскивать с себя белье. Благо, одежды на мне было немного.
— Мы с ним уже обменивались энергией. Не специально, так получилось. — пояснила я, стягивая трусики и устраиваясь животом на койке. Высота как раз подходящая, очень удобно вышло. — С тобой, правда, не знаю, как пойдет, но выбора у меня все равно особого нет. Давай быстро, и постарайся не слишком резко, у меня давно никого не было.
За спиной глухо рыкнули, и меня, кажется, обнюхали. Тёплое дыхание опалило поясницу, кожа невольно дрогнула, отзываясь мурашками. Он там долго собирается тянуть? У меня друг умирает!
Да, Маури я безоговорочно зачислила в друзья. После того, как он без лишних вопросов позволил мне пользоваться своей головой в качестве телефона, и полез в драку с заведомо более сильными демонами, прикрывая мою задницу, просто знакомым он остаться никак не мог. Он стал своим. А своих не бросают.
Сдали послышался шорох, щелчок расстегиваемого ремня. Я зажмурилась, ожидая вторжения, но неожиданно сильные руки подхватили меня, перевернули в воздухе и усадили на койку. Распахнув глаза, я встретилась с изучающим, убийственно серьёзным взглядом Кьяртана.
— Решила, значит, мной попользоваться? — процедил он, удерживая меня одной рукой за талию, а второй неторопливо, одну за другой, расстегивая пуговицы на рубашке. — Возьмёшь свое, и опять будешь в коридорах делать вид, что со мной незнакома?
Каюсь, именно это я и собиралась сделать. Вообще очень хотелось побыстрее промотать этот эпизод, где меня трахает малознакомый адепт, но такой опции, увы, жизнь не предоставляла.
А у малознакомого адепта были вообще другие планы на мой счет.
— Я тебя хочу уже давно. Именно тебя. Не сосуд, не твою магию. Тебя. — хрипло прошептал Кьяртан, вклиниваясь между моих бёдер, чтобы я не сбежала, и обеими руками стаскивая недорасстегнутую рубашку через голову. — И я не позволю выжать себя и забыть, как ненужную тряпку.
С этими словами он властно, умело впился в мои губы, и я задохнулась от внезапно нахлынувшего вожделения.
Кажется, оно даже не было моим. По крайней мере, не все. Часть дара Маури мне все же передалось, и вылезло в самый неподходящий момент. Желание Кьяртана оказалось обжигающе горячим, бесстыдным и порочным, животным и обескураживающе искренним. Он и вправду хотел меня до безумия, до одури, так что аж спину сводило где-то над ягодицами, а мышцы подрагивали от сдерживаемого желания. Не мои, его, но ощущалось, будто именно у меня поджимается где-то внутри, а руки дрожат от соблазна впиться, оставляя синяки, в нежную кожу.