— Я не могу! — сорвалась она, открывая глаза. В них стояло отчаяние. — Она чувствует тебя, твою… болезнь. И рвется туда!
Я стиснул зубы. Она назвала это вслух. Моя тайна, произнесенная шепотом в тесной палатке.
— Значит, мы заставим ее слушаться.
Терпение лопнуло. Словами тут было не помочь. Нужно было показывать.
— Это не работает, — сказал я, подаваясь вперед. — Я должен направить потоки напрямую. Не двигайся.
Прежде чем она успела возразить, я накрыл ее запястья своими ладонями.
Мир взорвался тишиной.
Если раньше наша связь была как натянутая леска, то теперь она превратилась в раскаленный добела кабель. Ее кожа под моими пальцами была горячей. Я почувствовал бешеный стук ее пульса, или это был мой собственный — я уже не понимал. Волна тепла ударила по мне, но на этот раз она была другой. Концентрированной. Я почувствовал, как лед в моей груди отступил еще дальше, съежившись от этого прямого контакта. Боги, это было… хорошо. Слишком хорошо.
— Сосредоточься, — прорычал я, больше для себя, чем для нее.
Ее магия под моими руками билась, как пойманная птица. Это было все равно что пытаться слепить что-то из текучей воды.
— Не получается, — мой голос стал хриплым. Черт. Нужно было еще ближе. Полный тактильный контроль. Логика. Чистая, холодная логика. Мое тело, этот вечный предатель, с этой логикой было абсолютно согласно.
Не говоря ни слова, я переместился. В одно плавное движение я оказался за ее спиной, сев так, что ее спина оказалась прижата к моей груди. Она вскрикнула, ее хрупкое тело напряглось. Я чувствовал каждый ее позвонок, чувствовал, как бешено колотится ее сердце.
— Так, — сказал я ей прямо в ухо, и мой голос, кажется, дрогнул. — У тебя будет лучшая точка опоры.
Мои ноги оказались по бокам от ее бедер. Моя грудь — у ее спины. Я снова протянул руки и накрыл ее ладони своими. Теперь мы были одним целым. Единым контуром. Я обнимал ее сзади, мои руки полностью покрывали ее, мои пальцы переплетались с ее. И я был в аду. В самом сладком, самом теплом и самом мучительном аду, какой только можно было вообразить.
— Дыши, — прошептал я, и мое дыхание коснулось мочки ее уха. Я увидел, как по ее шее пробежали мурашки. — Медленно. А теперь… давай свою силу. Не бойся. Я поймаю.
Я начал направлять ее. Своей волей, своей магией Порядка я создавал невидимые берега для ее дикой реки. Я чувствовал, как ее хаотичная энергия течет сквозь ее руки, сквозь мои, подчиняясь моей воле. Изумрудные и золотые искры снова появились между нашими ладонями. Но на этот раз они не метались. Они начали медленно скручиваться в спираль, формируя сферу.
Она была теплой, живой. Она пахла весной. И она была прекрасна.
А я… я был на грани.
Я чувствовал тепло ее тела каждой клеткой своей кожи. Я вдыхал запах ее волос. Мое собственное тело, которое я годами приучал к дисциплине и боли, взбунтовалось. Кровь стучала в висках, требуя большего. Требуя сократить это ничтожное расстояние, разделявшее нас. Требуя забыть о долге, о миссии, о чести. Требуя просто взять то, что было так близко. То, что исцеляло меня и одновременно убивало.
— Вот так… — прохрипел я, чувствуя, как сфера энергии в наших руках стабилизируется. — Видишь? Контроль.
Она молчала. Только ее дыхание стало прерывистым. Я почувствовал, как она едва заметно подалась назад, прижимаясь затылком к моему плечу. Это был крошечный, почти неосознанный жест. И он чуть не сломал меня окончательно.
Это ловушка. Все это — ловушка. Я веду ее на смерть, но жажду ее так, как умирающий в пустыне жаждет воды. Я хочу ее магию. Я хочу ее тело. И я не могу получить ни того, ни другого.
Сфера между нашими руками засияла ровным, мягким светом. Она держала форму.
— Получилось, — выдохнула она, и ее шепот был полон изумления.
Этого было достаточно. Я резко разорвал контакт.
Я отстранился так быстро, словно прикоснулся к раскаленному металлу. В палатку ворвался холод пустоты, оставшейся на месте нашего контакта. Сфера в ее руках тут же распалась на миллион искр.
Я поднялся на ноги, неуклюже, как медведь. Мне нужно было убираться. Немедленно.
— Практикуйся, — бросил я, не глядя на нее. — Завтра ночью проверю.
И я вышел из ее палатки, шатаясь, как пьяный. Я вернулся в холодную, спасительную тьму ночи, а за спиной чувствовал ее взгляд.
Я прислонился к той же скале, тяжело дыша. Мои руки дрожали. Тело гудело от неутоленной жажды.
Отлично, Дрейк. Просто великолепно. Ты пришел решить тактическую задачу. А в итоге только что подлил канистру масла в огонь, который уже и так грозил спалить тебя дотла.