Марат, что втихаря, как оказалось, наблюдал за нами, громко вскрикнул, потирая ушибленное место. Конечно, он же не ожидал такого нападения. Я хихикнул. Так ему и надо. Не будет лезть в чужие дела. Подслушивать он видишь ли вздумал, за это и наказан.
- Зачем так сурова... - он цокнул языком... - Вот вы страшный жэнщина, я сразу об этом сказал хозяина...
- Чего??? - протянула Ольга, глаза которой постепенно превращались в два блюдца, я так полагаю, от слова "страшная женщина"...
- Марат, беги!!! - успел я крикнуть своему работнику, когда она метнула в меня свои молнии.
Да, женский гнев поистине страшен, но работник этот мне дорог. Ничего не поделаешь, нужно спасать ценой своей шкуры.
По всей квартире разразился страшный грохот, будто гром... это бедный Марат стартанул так, что чуть было не поломал остатки материала для ремонта. Поняв, что от хозяйки не убежать, вжался в стену. Он её Богу, готов был её буквально пробить, лишь бы сбежать от женского гнева...
- Я не то имель ввиду... - запричитал он - Я имель ввиду ваш грозная характер - попытался он оправдать свои слова - Вы стукнал меня плиткай ... я имель ввиду ваш кабыль, это... - видимо он забыл нужное слово, но быстро вспомнил. Потому что Ольга медленно наступала на Марата - этот... кабыльный норав... ваша характэр - пятясь к двери, и уже нащупав ручку, чтобы открыть дверь, желая покинуть квартиру от злобной женщины подальше. Марат спешно вышел оставляя нас наедине.
- Лучше быстрее беги Марат, я сам с ней разберусь!!! - крикнул я ему вдогонку, перекрывая путь Ольги к двери, а по лестнице уже раздался шустрый топот работяги.
Александр.
Тут я резко схватил её руку, сжимая в своих объятиях крепкими тесками. Такого нападения она не ожидала, но так было нужно, ведь она уже решила бежать вслед за Маратам.
Ольга гневно била меня своими каблучками по ногам, а кулачками куда придется. Нужно терпеть... ради такого дела. Главное её укротить.
- Тише... тише... - повторял я как заклинание особой силы - Ццццц... тише...
- Да что он себе позваляет? - продолжала она пылить.
- Он не при чём, вообще! Это я испортил плитку... он вообще не при чём... - повторял я как попугай одну и туже фразу. Будто она имеет волшебные свойства.
Она продолжала брыкаться. Ух, страптивая. Марат прав.
- Мммм - зарычала Ольга - Да мне всё равно кто это сделал. Пусти!!!
- Неа...
- Пусти сказала!
- Нет! - я был тверд в своих словах, сжимая её ещё крепче.
Другие работники, а было их четверо, с опаской, как до этого Марат, направились в сторону выхода, и по-тихому улизнули. Как же быстро они поняли что рабочий день окончен...
- Оля - начал я своё объяснение - Просто здесь очень тесно. От материала негде даже ходить. Я поставил краску на доски, чтобы она не мешала ходить другим. Пока мешал краску, не заметил что она стоит неустойчиво... и... - я замялся, смотря на её губы.
- В самом деле? - спросила она, уютно устроившись в моих руках, и перестала биться как ненормальная - Купишь точно такую же плитку. Понял? - процедила эта бестия сквозь зубы.
- Да конечно! - тут моя рука легла на ее руку.
- Я не знаю где ты будешь её искать, но что б она была! - продолжила она.
- Ммм... угу, так точно - промычал я, сильнее сжимая её руку в успокаивающем жесте...
А следом моя рука сместилась на спину, и совсем позже, медленно слезла на бедро. Главное без резких движений, напомнил я себе. Не спугни птичку....
А после я плохо помню, как мои губы впились в её...
Её кулачки упёрлись мне грудь, пару неуверенных ударов... и вот она отдалась моим губам, раскрывая свой алый ротик под напористым нажимом моего языка. Мой язык пробежался по ряду ровных зубов, нахально проникая глубже. Она отвечала на мои поцелуи с не меньшим пылом. И понеслось....
Моя рука вдруг сама по себе, что б её... полезла под футболку. Прошлась вдоль позвоночника... коснулась застёжки лифчика и... лёгкий щелчок, вуаля... Её груди на воле... Моя рука уже жадно поднимает футболку, чтобы наконец-то увидеть те самые груди, что выпали из лифчика, когда она наклонилась за плиткой. Эти же самые груди не давали мне ночью уснуть. Так и проворочился всю ночь с боку на бок представляя наш с ней первый раз. Я всю ночь думал о том какая она в постели.
Член мой тут же ожил подавая первое шевеление... настойчиво затвердевая и увеличиваясь в объеме, уперся ей в живот. За счёт моего роста, почти в грудь.
Она мелкая козявка, но вредная... страсть. Ей даже пришлось привстать на цыпочки, чтобы поцеловаться. Наши тела напряглись... это не дело…