Понятия не имею, о чем в этом журнальчике писалось. Все мое существо рухнуло в изображения.
«Это правда так выглядит? И это?.. О, Боже, люди так делают?.. И так?» – думала я, изучая сделанные невообразимо крупным планом до безобразия детализированные фотографии.
Кадры шокировали, пугали, смущали, лишали дыхания и… завораживали.
Я не могла оторваться.
Это реально было параллельной вселенной.
Женщины целовали, лизали, обхватывали губами, сосали, заглатывали так глубоко... Делали это в столь разных позах… А еще… С выражением сокрушительного удовольствия принимали семя на лица, грудь и прямо в рот.
«Они… прям глотают?..» – пыталась понять, лихорадочно пролистывая страницы журнала.
Лица мужчин были такими дикими. Они, как будто теряли человеческий облик, душу, разум… Казались безумными, первобытными самцами.
Отложила журнал, когда на страницах появились кадры анального проникновения. Шмякнув его себе на живот, зажмурилась, послушала гулко курсирующее по телу сердцебиение и, вскинув вверх, взялась за изучение снова.
Боже мой…
Раньше подобное не вызывало у меня ничего, кроме отвращения, но сейчас, когда в моей голове был Руслан… Страшно признаться… Меня возбуждало все…
Оторвалась от паленой похабщины, когда заплакал Сева. Сунула журнал под подушку с мыслями, что позже перепрячу надежнее, и побежала к сыну.
А потом забыла.
Нет, не увиденное. Само издание.
Картинки же, полученная через них информация, мельтешили перед глазами, словно радиационный фон. Я думала о Руслане, о близости с ним. Примеряла на нас те безумные действия. Представляла, как беру в рот, как он смотрит в этот момент, как все в совокупности ощущается… И испытывала столь сильное возбуждение, что приходилось менять белье. Не потому что стыдно было так ходить. Хотя, конечно, стыдно. Но главное, некомфортно. Настолько много было секрета. К вечеру тянуло низ живота, а мышцы между ног буквально ныли от сладкой боли.
Напряжение копилось. Углублялось. Усиливалось.
И…
Стоило мне увидеть Руслана, раскачанная страсть достигла апогея. Хорошо, что Сева спал. Я не предложила ему ужин… Какой кошмар… Потянула на балкон.
Целовались по пути как одержимые.
Я еще… как-то умудрилась стащить с него футболку…
Он тоже завелся. С пол-оборота. Чувствуя, что со мной происходит, трогал не так, как обычно. Наглее. Жестче. Шелковый халатик, который я накинула поверх очередного развратного комплекта белья, держался исключительно за счет туго затянутого пояса. А по сути то с плеч сдирался, то подлетал стараниями Чернова снизу.
Оттолкнув мужа, я отошла на пару шагов.
Впившись пальцами в узел, задушенно попросила:
– Ляг на кровать…
Громко и крайне тяжело сглатывая, наблюдала, как Рус, избавившись от штанов, молча откинулся и подмял под шею подушку. Зависнув на мощной мышечной прорисовке торса, подрагивающих кубиках пресса и том, что буквально рвалось из трусов, не заметила, как муж вытащил находку.
– Это что? – спросил глухо.
И…
Я увидела журнал. Тот самый журнал. У него в руках.
Умерла. Однозначно. Умерла.
А Чернов начал листать.
– Ни хера себе… – голос и дыхание изменились, грудь заходила чаще.
Я со свистом вдохнула и, резко развернувшись, бросилась прочь.
Но Руслан был быстрее.
Поймал, притиснул и потянул к кровати.
Глава 53. Огонь подружится с дождем
POV Людмила
Сердце сокращалось и расширялось с такой сумасшедшей скоростью, что казалось – в один миг лопнет от перегрузки. Грудь потеряла ориентиры – границы, до которых ей положено расходиться, исчезли. Кровь, заправленная гормонами, как тротилом, стучала в висках, на шее, под грудью, на запястьях, в паховой зоне и даже под коленками. Я готова была свалиться. Если не в обморок, то просто с ног.
Руслан не позволял.
Не отпускал.
Прижимался всем телом… Горячим. Накаленным. Жестким. Вибрирующим на пределе своей мощности.
– Где ты взяла это пособие? – низко стравил мне в волосы.
Дышал тяжело, усиленно и как-то оглушающе грубо. Пальцами жадно терзал шелк в нетерпеливом поиске доступа. Пока я тянулась к остаткам своей воли и черпала ресурсы с измельчавшего дна своего духа, распустил пояс.
– Тоська у кого-то выторговала, – выдала на откате, с рваными пропусками теряя дыхание.
Чернов не сразу отреагировал. Во всяком случае, словами. Вместо этого распахнул полы халата и потянул его с моих плеч вниз. Я не могла понять: медленно или быстро это происходило. Возможно, с переменчивой скоростью. Потому как действия самого Руса казались тягучими, а вот момент падения халата – стремительным.