Вскинув взгляд – чуть прищуренный, собранный, жадный, Рус быстро взял меня в фокус, оценивая не только внешние данные, но и настроение.
– Спит? – спросил вполголоса.
– Угу, – промычала я, обвивая его шею руками.
Прикрывая веки, с неимоверным удовольствием на весь объем легких втянула запах любимого мужчины. Он был приправлен ароматами мыла, сигарет и дыма. Но это не мешало. Наоборот, усиливало воздействие. Эти ароматы проникли в мой организм, обволокли изнутри и вплелись во все системы. В нервную, в частности. От чувственной эйфории тело буквально завибрировало.
Руслан провел ладонями по моей спине и, не говоря больше ни слова, подняв на руки, понес вглубь дома – туда, где проходил наш личный тихий час.
Раздевались в спешке. Ведь дорога была каждая минута наедине.
И вот мой прекрасный Чернов предстал передо мной в своей необузданной первобытной наготе. Габариты, сила, мышечный рельеф, густой волосяной покров – все это било по инстинктам, срабатывая как натуральный сексуальный стимулятор.
Голод разгорелся мгновенно.
Пыхнуло жаром в груди. Закачало волнами в животе. Запульсировало между ног. И… горло пересохло. Губы приоткрылись. А следом зажгло слизистые.
Рус рассматривал с неменьшим аппетитом. Его горящий варварский взгляд, словно лучи лазера, прожигал плоть. Прожигал в самых чувствительных местах. И прорывался внутрь. В глубины, под которыми жила дрожь. Да, Чернов волновал до безумия. Но в какой-то момент бесконтактного кайфа стало мало.
И я подошла к мужу. Снова, будто действуя по протоколу, прикоснулась к плечам, обняла, поцеловала под ухом, шею… На моем языке отбился будоражащий коктейль жара и мускуса. А по могучему телу Руслана полетели первые волны тока.
Он не двигался. Просто ловил нашу близость – взглядом, вдохами, плотью. Глаза стали совсем темными. Дыхание – тяжелым. Мышцы – каменными.
Я опустилась на колени, потому что пристрастилась так начинать.
– С места в карьер, – сказал как-то Чернов.
Но минет далеко не всегда был жестким. Чаще всего он, как сегодня, когда Рус, прежде чем я хоть как-то коснулась его члена, заскользил ладонью по моим щеке, уху, волосам, шее, был переполненным нежностью. Разглядывая член, который я считала таким же совершенным, как и весь мой Чернов, я упивалась восторгом. Дышала на него. И неотвратимо распалялась. Пока Руслан не прихватил плоть пальцами, заставив ее отлепиться от покрытого порослью и крупными венами живота, и не направил мне в рот.
Никаких толчков. Ни одного резкого движения. Даже на импульсах тела, которые я сама ощущала, сдерживался. Сохраняя неподвижность, муж давал мне свой член в первую очередь для моего личного удовольствия.
Я могла изучать, брать его, сжимать, облизывать и сосать. Все, что угодно. От головки до основания. Восхищаясь неповторимой красотой и первозданной силой.
Пока я трудилась, Чернов стонал и трогал пальцами мои губы. Иногда просовывал их поверх члена. Неглубоко. Просто прощупывая сцепку между своей плотью и моим ртом.
Мне до одури нравилось и то, каким твердым и огненным он ощущался, и то, с какой уязвимой отзывчивостью он вибрировал. Но больше всего меня заводило, когда из члена с гудящей пульсацией выскальзывал терпкий предэякулят.
Вкус семени Руса – нечто настолько захватывающееся, что почти никогда невозможно остановиться, не добившись полного выброса этих горячих пряных струй.
Но сегодня Чернов не дал дойти с ним до финиша. Мягко убрав член, он заставил меня сначала подняться, а после распластаться перед ним на кровати.
Нависая, некоторое время смотрел. Смотрел так, словно я – все, что у него есть. Все, что ему нужно. Все, о чем он когда-либо мечтал.
Открытость. Восхищение. Уважение. Любовь. Доверие. Все это служило главными элементами моего желания к нему, как к мужчине. Отзываясь на эти чувства, я дрожала и таяла, и была готова позволить ему абсолютно все.
Он это понимал и ценил.
Брал, как нечто бесценное, лаская губами и языком – шею, грудь, живот и между ног. Я тлела под ним. Потрескивала. Рассыпалась искрами. Яростно пульсируя, тонула в вязкой влаге и натужно дышала парами своего наслаждения.
– Не сдерживайся. Слышать хочу, – говорил Рус.
И я стонала. Гортанно. Протяжно. Чувственно.
Пока не кончила.
Оргазм прошел сквозь мое тело разрядами. И задержался, когда Чернов вставил в сжимающиеся ножны член.
POV Руслан
Горячая. Лучшая. Вся моя.
Я не торопился. Делал, что называется, без поблажек, но по уставу. По нашему личному уставу. Ласкал пальцами и ртом. А когда задергалась, распадаясь, ворвался членом. Ворвался и чуть, сука, не сплавился на входе.