Проводив Русика на работу, передала Севушку бабуле и отправилась в ванную. Провела там не меньше часа – приняла душ, сделала маску для лица, уложила волосы и подкрасилась. Когда, вернувшись в комнату, начала одеваться, мама, не скрывая удивления, взялась комментировать.
– А я че-то не понимаю… – протянула с характерным базарным наездом, пока я, поправляя серое облегающее платье, крутилась перед зеркалом. Трикотаж был плотным, как будто вытертым, но садился идеально: мягко обволакивал грудь, подчеркивал талию и не перетягивал бедра. Ну, мама ведь шила – все эти выточки, подгибы и остальная геометрия на месте. – В стране, что, запретили бесформенное барахло? – продолжала с прищуром. – Ах, еще и пиджачок сверху! Батюшки! – прижав ладонь к груди, с совершенно обалделым видом захлопала ресницами. – У нас что, выборы?
– Мам, – буркнула, вспыхивая. – Смотри, вон, за ребенком! – взволнованно указала на лежащего на диване сынишку.
– Не, ну я только уточняю… Может, министр какой приезжает? Ась?
– Он сейчас салфетку съест, мама!
– Ай, Боже ты мой! – встрепенулась, наконец. Стремительно крутанувшись на пятках, склонилась над Севой. – Только отвернулась же – уже шуршит! – ворчала, отбирая ту самую салфетку.
– Так все убирать надо, мам! Еще бы газету ему почитать дала и возмущалась! Господи, как я с тобой выжила?!
– Да прям уж! – фыркнула с обидой. Но после вздоха, как всегда, миролюбиво добавила: – Ладно, командирша, не ругайся. Буду внимательней. Клянусь, – последнее выдала, поймав мой уже полный сомнений взгляд. – Езжай уже… Куда там собралась?
– В магазин, – призналась неохотно. – Точнее, в торговую галерею.
– Та-а-ак… И что там?
– Хочу белье купить, – пробормотала, конечно же, скомканно.
Взрослая, а чувствовала себя неловко, словно несмышленая школьница.
– Я ж тебе навезла молдавской хэбэшки.
– Это все не то, мам, – огрызнулась нервно. – У меня бюстгальтеры для кормления, трусы для удобства. А я хочу что-то красивое! Так понятно?
– Так бы сразу и сказала… – маслянисто разулыбалась мама. И тут же, со своеобразной заботой, выдала практичные советы: – Смотри только: никакого пушапа – у тебя своя грудь шикарная, нечего ее мять. И кружево не бери – колоться будет.
Варианты с пушапом я, конечно, и сама не рассматривала. А вот у кружева задержалась. Не наперекор маминым словам, конечно. Просто… оно меня заворожило. Своей деликатной, буквально изысканной красотой. Сердце дрогнуло и ускорилось, стоило лишь коснуться тонкой как паутинка ткани пальцами. А когда волнующий нежно-розовый цвет заиграл в свете ламп невидимыми ранее блестками, в груди и вовсе тесно стало.
Представила, что Руслан увидит эти полупрозрачные треугольники на мне, как прожжет желанием, накроет ладонями… И все. Дыхание сбилось. Соски затвердели. Низ живота свело судорогой.
Собрав волю в кулак, резко отложила комплект. Прошла дальше. Свернула в ряд, где висели милые бежевые комплекты с трусиками-слипами и мягкими лифчиками без косточек.
«Что это вообще было?» – отчитывала себя мысленно.
Я же взрослая женщина. Жена офицера. Да я сама почти офицер. Мать. Я же роды прошла! А за кружево схватилась, и поплыли мозги. Фу. Позор.
Но…
Все остальное уже не цепляло. Тянуло назад. Сначала только посмотрела. Раз, второй… И я быстро зашагала обратно. Сорвала розовый комплект с крючка. Следом схватила точно такой же черный. Красное кружево брала, уже будучи в каком-то трансе.
Полыхая смущением, рванула в примерочную.
Поразительно… Мне все подошло.
В зеркало смотрела рывками. Не узнавала свое тело… Сгорая от стыда, отворачивалась. Сама себя стеснялась!
Господи, а как же я перед Черновым в таком покажусь?!
Понятия не имела, где силы брать. Но факт оставался фактом: очень хотелось.
Посмотрела на цены и немного офонарела.
«Они свихнулись? Трусы могут столько стоить?»
Деньги, которые мне давал на бытовые расходы Руслан, тратить не стала. Взяла из личных сбережений. За год накопилось неплохо – курсантская стипендия шла стабильно, а после рождения Севы начали капать и декретные, иногда, как я ни сопротивлялась, что-то подкидывала мама. Чернов обеспечивал полностью, так что почти все откладывала.
Черт…
Вспомнив про маму, решила: кружево ей показывать не стану. Эта мысль подхлестнула к новым действиям. Выбрала еще два более сдержанных комплекта белья.
Общая сумма прозвучала оглушительно.
«Ужас! Пять комплектов белья, а заплатила, как за новый холодильник!» – сокрушалась, пока расплачивалась.
Впрочем, в пылу предвкушения довольно быстро забыла о тратах. Мама по телефону заверила, что с Севушкой полный порядок, поэтому домой не стала спешить. На фоне приподнятого настроения заглянула в еще один, более бюджетный магазин – купила симпатичные джинсы и чудную кофточку, которая оставляла голым живот. Представляя себя в этой одежде на семейной прогулке, и улыбалась, и до самых ушей краснела.