— Да ну тебя! — выдохнула Полина и выскочила в коридор, прикрывая плечо рукой, как будто он его обжёг.
Дверь захлопнулась за ней. Кит стоял посреди комнаты, провёл рукой по лицу, хмыкнул и, будто про себя:
— Ну ты сумасшедшая, Малая.
Глава 29
Глава 29. «Невозмутимый»
На следующее утро в доме всё шло, как обычно. Кто-то хлопал дверями, Грек курил на балконе, внизу завтракала охрана. Лишь Кит сидел за столом с чашкой крепкого кофе, будто не было ни странной сцены накануне, ни обнажённого плеча Полины, ни желания, которое сжигало его изнутри.
Она спустилась позднее, в чёрной водолазке и с собранными волосами, с тем самым выражением лица: «Не трогай меня — убью взглядом».
Он посмотрел на неё краем глаза, с ленивой полуулыбкой.
— Доброе утро, Малая, — сказал спокойно, делая глоток кофе.
— Угу, — буркнула она, не глядя на него.
— Выспалась? — наигранно вежливо продолжил он.
— Ну, знаешь, с таким звуковым сопровождением — прямо как в реалити-шоу. Осталось только оценку ставить.
Кит усмехнулся.
— Ну, что ты сразу? Люди веселятся, а ты… завидуешь?
Она подняла на него глаза — колючие, холодные, но под ними прятался жар.
— Завидую? А чему именно? Шуму? Или тому, как у тебя «по работе» все девушки через постель проходят?
Он прищурился, откинулся на спинку стула и заговорил лениво, с нажимом:
— Тебе же нравится остро. Вот и получаешь.
Я, кстати, тебя вчера действительно по делу звал. Ты сама решила спектакль устроить.
— Я не из твоего цирка, Кит, — отрезала она, схватив яблоко со стола.
Он кивнул, наблюдая, как она уходит. И когда за ней захлопнулась дверь, прошептал себе под нос:
— Нет, Малая… Ты не из цирка. Ты из психушки...
Глава 30
Глава 30. «Те, кто держат маску»
Прошла неделя. За это время у них было десятки разговоров — и все ни о чём. Поверхностные, колючие, саркастичные. Но в каждом витала та самая искра, что делает тишину между словами громче любых признаний.
Полина делала вид, что ничего не чувствует. Она шутила, уклонялась, спорила, строила стену из колкостей. Но внутри всё было иначе. Стоило ему войти в комнату — и пульс подскакивал. Стоило его руке случайно коснуться её плеча — и сердце дергалось, как у школьницы.
А Кит… Кит был молчалив, внимателен, но по-своему — хищно. Он не выносил слабости. Но почему-то её упрямство, её дерзость — восхищали. Он говорил с ней с насмешкой, чтобы не выдать, как пристально отслеживает каждое её движение. Ему казалось, что вот ещё чуть-чуть — и всё сорвётся.
Вечером в доме шёл небольшой сбор: обсуждали новую сделку, сидели на кухне. Полина зашла, взяла чай и почти молча присела рядом с Греком. Кит посмотрел на неё — как бы между делом.
— Малая, ты чего с утра такая тихая? Или тебе снова музыка мешала?
Она отпила чай, посмотрела на него прямо, спокойно.
— Не музыка. Просто пытаюсь привыкнуть к жизни в террариуме. Тут каждый день — или кто-то ползает, или кто-то шипит.
Мужики за столом прыснули, Грек вытер слезу.
— Она тебя дерзко, брат.
Кит кивнул, усмехаясь:
— Мне нравится. Характер есть. Только напомни мне, кто у нас тут врач? Или ты по выходным стендапер?
Полина приподняла бровь:
— А тебе что, диагноз поставить?
Он сделал пару шагов ближе, заглядывая в глаза:
— Да. Поставь.
Молчание повисло между ними. Напряжённое. Горячее. Остальные на кухне замолчали.
Полина медленно поднялась из-за стола и, проходя мимо него, бросила через плечо:
— Острая форма мании величия. В хронической стадии. Лечению не подлежит.
И ушла наверх.
Кит посмотрел ей вслед, сжал челюсть… и тихо сказал:
— Не подлежит? Посмотрим, Малая. Ты первая, кто лечит меня без разрешения.
Глава 31
Глава 31. «Когда на кону — жизнь»
Ночь выдалась неспокойной. С улицы доносился визг тормозов, вспышки фар. На базу влетел Грек, весь в крови. Его плечо сочилось алой вязкой жидкостью, лицо — перекошено от боли.
Полина выскочила из комнаты, босиком, в футболке и шортах. Она увидела кровь и всё вокруг замерло.
— Где носилки?! Быстро на стол!