Жара асфальта, тяжёлый воздух. Здание на отшибе, пустырь, ржавые гаражи — место, где разговоры редко заканчиваются словами.
Кит стоял в центре, спокоен, сосредоточен. Полина — чуть позади, как и велено. Рядом Грек и ещё двое своих. С другой стороны подъехала тачка, вышли четверо. Обмен взглядами, кивками. Разговор начался.
Всё шло ровно, напряжённо, но без вспышек. Пока вдруг, будто из ниоткуда, с грохотом не обрушился кусок бетонного карниза с крыши заброшенного здания. Он сорвался, как будто специально. И упал. Прямо на Диму — одного из их.
Крик. Удар. Тело скрутило. Он рухнул на землю, зажав руку, придавленную бетонной глыбой.
— Дима! — вырвалось у Полины.
Она рванулась с места, не дожидаясь ни приказа, ни взгляда. Сквозь чужие, мимо Кита, как вихрь. Наклонилась к Диме, начала тянуть бетон, не глядя, кто рядом.
— Полина! Назад! — голос Кита был как выстрел.
Она не ответила. Только прошипела сквозь зубы:
— Он же с нами, Кир! Я не могу просто стоять!
Кит рванул вслед за ней, зло роняя в сторону:
— Да чёрт возьми… Что за неугомонная девка такая?! Я её лично придушу, когда это всё закончится…
Он был уже рядом, помогал ей стаскивать кусок обломка, глядя при этом на подходящих людей — не дай бог, кто-то решит воспользоваться суматохой.
— Я же сказал тебе — стоять! — прошипел он ей в ухо, когда они наконец вытянули Диму.
— Ты сказал — не лезть, если не надо. А сейчас надо, ясно? — выпалила она, дыхание сбившееся, руки в пыли, глаза сверкают.
Он посмотрел на неё — злился, но за этим стояла другая эмоция. Страх. Тот самый, что сжимал его грудь железной хваткой.
— Поехали отсюда, — процедил он. — Все. Срочно.
Он схватил её за руку, потянул за собой, не отпуская. И только тогда она почувствовала: его ладонь дрожала.
Глава 37
Глава 37. Граница
Машина неслась по вечерним улицам. В салоне — тишина, натянутая, как струна. Кит сжал руль, пальцы побелели. Полина смотрела в окно, ощущая, как в ней всё сжимается.
— Ты совсем долбанулась, Малая?! — взорвался он, не выдержав. — Я тебе чётко сказал: стой! Не лезь! А ты что?! Геройствуешь?!
Она не ответила. Только крепче сжала колени.
— Ты понимаешь, куда ты влезла?! — его голос срывался. — Тебя могла зацепить пуля, кирпич, всё, что угодно! Они только этого и ждали — повод, чтоб начать! А ты... чёрт тебя подери… — он ударил по рулю ладонью.
Машина резко повернула за угол. В глазах Кита сверкала ярость, но под ней — что-то более болезненное.
— Я тебе что — просто так говорю, а?! — Он посмотрел на неё мимолётом, глаза налились тяжестью. — Думаешь, я прикалываюсь? Думаешь, мне по кайфу орать? !
Полина всё молчала. Только щёки её стали ярче. Она знала — сейчас не время говорить. Он должен выговориться.
— Больше ты никуда не поедешь, ясно?! — голос стал тише, но жёстче. — Если надо — вызовем. Сама — ни шагу. Пока я в деле, ты в стороне. Поняла?
Машина резко тормознула у дома.
— Вылезай, — сухо бросил он.
Она открыла дверь, вышла. На секунду задержалась, посмотрела на него… но он даже не посмотрел в ответ.
Полина поднялась наверх, в комнату, медленно закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.
Грудь ходила ходуном, но слёз не было.
Она просто села на кровать. И сжала пальцы в кулаки.
А где-то внизу, в машине, Кит продолжал сидеть, сцепив зубы и глядя вперёд в ночь. Его трясло. Не от злости. От страха, который он не умел признавать.
Глава 38
Глава 38.Тишина громче слов
На следующее утро дом жил обычной жизнью — хлопали двери, кто-то громко смеялся на кухне, кто-то шёл по коридору в носках. Полина вышла из комнаты, лицо спокойное, глаза немного уставшие. Ночь была тяжёлой. Не от слёз, а от того, что внутри не утихало ни на минуту.
На кухне сидел Грек, кивнул ей, налил кофе. Она поблагодарила молча.
Кита не было. Ни в доме, ни во дворе. Только ближе к полудню она услышала, как хлопнула входная дверь, и в коридоре раздались его шаги.
Он прошёл мимо неё, будто её не заметил. Ни взгляда, ни слова.
Ничего. Только холодный ветер, который пронёсся между ними, как нож.
Полина сжала чашку сильнее, опуская взгляд.
Позже, в зале, когда обсуждали план на вечер, Кит говорил коротко и строго. Его голос был отстранённый, ровный. И только однажды его взгляд скользнул по Полине — мимолётно, почти машинально. Как будто перед ним не она… а просто кто-то из бригады.