И вдруг — крики. Дверь распахнулась.
— Несите его! Быстро!
Кита принесли — бледного, в крови, без сознания. Полина скомандовала:
— На стол. Аккуратно.
Он был тяжел, как будто не просто тело, а вся его внутренняя боль легла ей в руки.
Лицо Кита — бледное, губы синеватые, из-под рубашки проступала кровь. Она едва дышала.
Грек встал рядом, сжал ей плечо.
— Малая. Я верю в тебя. Ты справишься.
Ей показалось — это сказал сам Кит.
Полина стиснула зубы. Пальцы больше не дрожали. Она начала работать.
Нож, зажим, шов.
Каждое движение — будто отрезок жизни.
Она справилась.
Закончив, вышла в душ. Стояла под водой долго, как будто могла смыть с себя страх. Но в груди всё ещё колотилось.
После
Шли часы. Кит не просыпался. Его состояние было стабильным, но бездвижным.
Кома. Организм ушёл в защиту.
Очередь дежурства дошла до Полины. Она осталась одна, сидела на краю кровати, глядя на его неподвижное лицо.
Такой сильный. А теперь — тень.
— Ты офигел, да? — сказала тихо. — Лежать вот так и молчать. А я тут за тебя всё…
Она сжала его руку.
— Даже после того, что между нами было… ты не реагируешь? Ну хоть пальцем… ну, Кит…
Он молчал. Лицо — безмятежное, словно спал.
— Ладно. Не хочешь — не надо. Я больше не приду.
Она встала. Потом… чуть обернулась.
— А знаешь что? Грек мне всё-таки нравится больше.
Молчание. Она вышла, глаза налились слезами. Слишком тяжело. Она больше не могла держать лицо.
Грек стоял в коридоре.
— Как он? — спросил.
— Не знаю, — прошептала. — Может, проснётся… а может и нет.
Он достал из внутреннего кармана сложенный лист бумаги.
— Он просил передать. Если с ним что-то случится. Только тебе.
— Спасибо, — она взяла письмо. Медленно пошла в комнату, где было тихо, и села. Развернула бумагу.
Глава 42
Глава 42. Письмо от Кита
Малая,
Если ты читаешь это письмо… значит, со мной случилось что-то дерьмовое.
Я знаю — ты делала всё возможное и невозможное, чтобы меня вытащить. И если всё же читаешь это… значит, я так и не успел сказать тебе самого главного.
Я часто вспоминал нашу первую встречу. И даже тогда не мог представить, что с того самого момента ты уже держала моё сердце под прицелом. Да-да, с самой первой секунды.
Я всегда был с тобой честен. Даже когда злился, даже когда ты меня бесила так, что хотелось выть.
Но одно твоё прикосновение… и всё. Мои стены, которые я строил годами — рухнули. Ты разрушила мою броню. Легко. Мягко. Без усилий.
Короче, малая…
Я тебя люблю.
Наверное, в реальности я бы так и не решился сказать эти слова.
Но сейчас… ты должна это знать.
Всё, что касается банды — оставляю на Грека.
Смотри у меня, не замути с ним. Я знаю твой вкус — если что, с того света вернусь и достану вас обоих.
А тебе переведу часть активов. Будешь обеспечена. Надолго. И спокойно.
Прости меня за все мои косяки.
И знай: тогда… всё было настоящим.
Честно.
И я ни грамма не жалею.
Вспоминай меня… хотя бы иногда.
Малая. Моя.
Твой Кир. 🐳
Глава 43
Глава 43. Ты не понял ничего, Кит
Полина сидела одна, стиснув пальцами лист бумаги, на котором ещё пахло его духами. Слова мелькали перед глазами, будто оживали — "держала моё сердце под прицелом", "я тебя люблю", "оставляю тебе активы".
Последняя строчка будто резанула.
Активы.
Слово хрустнуло в голове громче, чем все его признания. Холодное, как выстрел. Грязное, как предательство. Словно он и правда решил, что может "расплатиться" с ней.
Полина вскочила, словно кто-то вколол в вену кипяток. Сердце бешено стучало, глаза налились злостью.
Она влетела в комнату, где лежал он — беспомощный, слабо дышащий, словно между двумя мирами.
— Ты что, совсем охренел?! — её голос эхом взорвал тишину.
— Активы он мне оставит... — процедила сквозь зубы. — Да засунь ты их… знаешь куда!
Она подошла ближе, всматриваясь в его лицо, будто надеялась, что он хоть бровью дёрнет, услышав её. Но он лежал неподвижно.
— Хреновая у тебя тактика, Кит, просто хреновая.
— Я тебе не кукла. Не вещь. Не благодарная шлюшка из твоего прошлого, которой можно откупиться!
Она швырнула письмо на пол, и оно, плавно скользнув, приземлилось у кровати.