От женщины, которая умела держать удар. И уходить, не умаляя...
Глава 10
Глава 10. "Игра на нервах"
— Полин, оставайся на ночь, — сказал Грек, когда она в очередной раз проверила капельницу Максу. — У нас есть свободная комната. Ты устала как собака, в автобусе вырубишься и проспишь остановку.
Она колебалась, но сдалась.
— Ладно. Только без сюрпризов, ясно?
— Обещаю, — кивнул Грек. — Хотя… Кит велел, как только освободишься, зайти к нему в кабинет. Срочно.
Полина закатила глаза:
— Ну конечно… Не день, а праздник какой-то.
Она постучала в массивную дверь и, не дождавшись ответа, вошла.
Кирилл стоял у окна, спиной к ней. Повернулся — на лице была странная смесь усталости и игривого настроения.
— Ну что ещё? — спросила Полина устало, скрестив руки на груди.
Он подошёл к двери… и закрыл её на щеколду. Медленно. Смотрел прямо ей в глаза. Потом потянулся к ремню… и начал его расстёгивать.
Полина резко отшатнулась:
— Ты что, совсем охренел?!
Кирилл усмехнулся — широко, нахально, с искрой в глазах.
— Да расслабься ты. Прикалываюсь. Хотел посмотреть, когда ты испугаешься.
— Идиот, — бросила она, выдыхая. — Это типа юмор у тебя такой, да?
— Ага. Авторский. Не заходят шутки про отработку кредита?
— Тебе бы стендап вести, а не бандой рулить.
Он пожал плечами:
— Да ты даже не в моём вкусе, Малая. Я люблю таких... с нарощенными когтями, губами, которые надуваются как спасательные круги...
— Да уж, — фыркнула она. — Чтобы силикон светился в темноте?
— Типа того.
Она смотрела на него прищуренно. Улыбнулась дерзко, на автомате ляпнула:
— А мне, кстати, вот… Грек нравится.
Кит моргнул. Удивился по-настоящему.
— Серьёзно? Грек? Ты чего, Малая… вот это выбор.
Улыбнулся шире.
— Слушай, ну у тебя губа не дура, я смотрю. Смелая ты. Далеко пойдёшь.
Он подошёл к двери, открыл её и, чуть склонив голову:
— Свободна на сегодня. Можешь идти. Но если передумаешь — кредит всё ещё в силе.
— Только не с тобой, Кит, — с усмешкой бросила она и вышла.
Он остался один в кабинете, на секунду даже не зная, злиться ему или смеяться.
А потом тихо сказал в пустоту:
— Вот ведь… зараза...
Глава 11
Глава 11. "Где-то под кожей"
Комната, в которую её поселили, была на удивление уютной — не как в логове у преступников, а как в квартире одинокого холостяка, который внезапно решил навести порядок.
Полина переоделась в футболку и спортивные штаны, вымыла лицо и плюхнулась на кровать. Боль в пояснице от усталости отдавала глухо и ноюще. Она закрыла глаза. И тишина будто давила на уши. Только где-то в доме глухо хлопала дверь или шаркали шаги.
“Свободна на сегодня.”
Эти слова застряли в голове, как заноза. Его интонация. Его взгляд. Улыбка, когда она сказала про Грека. Сначала — ухмылка, потом — короткая тень чего-то… может, удивления? Или ревности? Да ну, бред. Какой ещё ревности?
“Ты даже не в моём вкусе.”
Вот и отлично, — подумала она, — я не в его вкусе, он — не в моём. Он хам, наглец, подонок. Но… почему-то рядом с ним не страшно. Даже когда закрыл дверь. Даже когда дерзил.
Она сжала подушку, уткнулась лбом в наволочку и вздохнула.
— Придумай себе кого-то нормального, Поля. Кирилл Тарковский — это не вариант. Это… диагноз.
Но сердце уже билось немного чаще. Как будто организм знал то, что разум ещё отказывался принимать.
Кит вернулся в комнату, захлопнул дверь ногой. Снял куртку, бросил её на кресло, прошёлся туда-сюда. Щелкнул пальцами — сигарета, зажигалка, пепельница. Всё — по накатанному.
Но… не курилось.
Он сел на диван, уставился в стену. Молчал. Потом рассмеялся — тихо, без радости.
— "Ты даже не в моём вкусе", — пробормотал, повторяя свои же слова. — А сам, как придурок, третий раз вспоминаешь, как она смотрела.
Он не знал, что именно выбесило больше.
Её насмешка?
То, как она не испугалась, когда он закрыл дверь?
Или то, что она ляпнула про Грека — и это почему-то кольнуло?
— "Грек ей нравится", — скривился он. — Да он слово связать не может, когда злой. Отличный выбор, Малая.
Он встал, подошёл к окну. За стеклом темнело, капли дождя ползли по стеклу. Дом дышал ночной тишиной. Где-то в другой комнате она, наверное, уже спит. Вся в белом. С упрямым взглядом и дерзкими словами. Хрупкая. Но железная внутри.