Изабелла почувствовала, как на ее губы тоже наплыла улыбка. Он был прав. Кошмарный вечер остался позади, а здесь, в этой спокойной машине, пахнущей кожей и кофе, с человеком, который не осуждал и не требовал объяснений, было по-настоящему хорошо.
Дверца машины с глухим стуком закрылась, и старый автомобиль отца Маттео тихо урча, скрылся в ночи. Изабелла осталась стоять на тротуаре перед своим домом, ощущая странную пустоту после шума казино и гулкой тишины в салоне. Воздух пахнет ночной прохладой и влажной землей, и он был таким чистым после спертой атмосферы игорного зала и сигаретного дыма.
Маттео вышел вместе с ней и теперь стоял напротив, засунув руки в карманы джинсов. Неловкое молчание повисло между ними, густое и ощутимое. Уличный фонарь отбрасывал длинные тени, скрывая выражения их лиц.
В конце концов, Изабелла с трудом заставила себя нарушить тишину. Ее голос прозвучал хрипло от усталости.
— Спасибо, — выдохнула она, глядя куда-то в район его подбородка. — Я... я действительно ценю это. Ты спас мне вечер. А может, и больше.
Уголки губ Маттео дрогнули в смущенной полуулыбке. Он провел рукой по своим темным волосам, взъерошивая их.
— Да брось, — он откашлялся. — Серьезно. Если что... ну, ты знаешь, где я живу. Всегда можно постучаться. Или позвонить. Неважно, когда.
В его простых словах не было пафоса, только искренняя готовность помочь, и от этого в груди Изабеллы стало по-глупому тепло. Она кивнула, и на ее лице наконец-то появилось настоящее, уставшее подобие улыбки.
— Я буду иметь это в виду. Спокойной ночи, Маттео.
— Спокойной, Изабелла.
Она развернулась и пошла к двери, не оглядываясь, но чувствуя его взгляд на своей спине. Едва она закрыла за собой дверь, прислонившись к ней спиной, как из гостиной выскочила София, словно чертик из табакерки.
— Белла! — ее шепот был громким и взволнованным. Она вцепилась в рукав Изабеллы, ее глаза блестели в полумраке прихожей. — Я все видела из окна! Ты уехала с тем красавчиком на крутой тачке, а вернулась с соседом! Это был побег? Ты что, попала в лапы к мафии, а он тебя спас? Так бывает в кино!
Изабелла с раздражением фыркнула и отцепила цепкие пальцы сестры.
— София, хватит нести чушь! — ее голос прозвучал резче, чем она хотела. — И займись своими делами, ладно?
Она не стала слушать возражения и почти побежала наверх, в свою комнату, чувствуя, как дрожь снова подступает к рукам. Заперев дверь на ключ, она прислонилась к ней, закрыв глаза. Затем, сдавленно вздохнув, она плюхнулась на кровать, даже не думая переодеваться. Она схватила подушку, вжалась в нее лицом и издала долгий, глухой, яростный крик, в который вложила всю ярость на Лоренцо, всю досаду на Федерико, весь страх от того происшествия в коридоре и общую подавленность от этого вечера.
Когда силы ее покинули, она отшвырнула подушку и упала на спину, уставившись в темноту потолка. В тишине комнаты слова Софии эхом отдавались в ее голове. «Попала в лапы к мафии... он тебя спас...»
Она скептически хмыкнула. Это было так по-детски, так глупо. Но... черт возьми. Если отбросить драматизм, разве это не было похоже на правду? Федерико с его подозрительными связями, Лоренцо с его угрозами и холодной жестокостью, это казино, пьяный мужик... Да, это было до жути похоже на плохой криминальный боевик. А Маттео... да, он действительно приелся и вывез ее оттуда. Как настоящий спаситель.
В этот момент на ее телефоне, валявшемся на одеяле, вспыхнул экран. Одно, второе, третье сообщение. Она лениво потянулась к нему.
Тень_Ариэль: Ноктюрн, ты где? Пропала сразу после своего большого выигрыша!
Тень_Ариэль: С нами все в порядке? Лоренцо что-то намудрил? Говори же.
Тень_Ариэль: Вернись, вечер только начинается! Или хотя бы ответь, чтобы я знал, что ты в порядке.
Изабелла смотрела на светящийся экран, и ее лицо оставалось каменным. Ни капли желания отвечать, что-то объяснять или снова погружаться в тот омут. Она с отвращением швырнула телефон на соседнюю подушку, чтобы не видеть этих сообщений.
— Черт бы побрал тебя, Лоренцо, — прошептала она в темноту, переворачиваясь на бок и закрывая глаза. — И этот весь ваш ужасный город.
Глава 12
Солнечный свет, льющийся в окна аудитории, казался Изабелле личным оскорблением. Каждый луч резал глаза, заставляя щуриться и прятать взгляд. Голова была тяжелой, словно налитой свинцом, и гудела от недосыпа. Она сидела, подперев голову рукой, и отчаянно боролась с желанием опустить веки хотя бы на секунду. Ее волосы были сгребены в небрежный пучок, с которого то и дело выбивались непослушные пряди. О макияже не могло быть и речи — сегодня утром выбор между лишними пятнадцатью минутами сна и наведением марафета был очевиден. На ней были простые спортивные штаны и свободный худи — она не пыталась произвести впечатление, она пыталась выжить.