Так вот оно что. Все встало на свои места с пугающей, безжалостной ясностью. Его властные манеры, его презрение к правилам, его абсолютная уверенность, что он может позволить себе все, что угодно. Это была не просто черта характера. Это была уверенность человека, выросшего в тени могущественной, грязной империи, которую пытались, но не смогли разрушить. Империи, против которой когда-то боролся ее собственный отец.
Она чувствовала, как почва уходит из-под ног. Ее личная, почти детская вражда с Лоренцо, их стычки, взгляды, полные ненависти — все это оказалось лишь верхушкой айсберга. Под ней скрывалась бездна — старая, неудачная война ее отца, давление, коррупция и темные секреты, которые кто-то очень сильно хотел сохранить.
— Изабелла? С тобой все в порядке?
Голос отца заставил ее вздрогнуть. Она резко подняла голову. Джованни стоял над ней, его взгляд был внимательным и чуть встревоженным. Он смотрел на ее бледное лицо и на фотографию, которую она все еще сжимала в руке.
— Ты выглядишь так, будто увидела призрака, — мягко добавил он.
Изабелла заставила себя улыбнуться, надеясь, что это выглядит хоть сколько-нибудь естественно. Она сунула фотографию обратно в синюю папку и быстро, почти по-воровски, захлопнула ее.
— Да нет, пап, все хорошо, — она поспешно встала, отряхивая колени. — Просто... задумалась. Надо же, сколько у тебя тут бумаг.
Она избегала смотреть ему в глаза, боясь, что он прочтет в них все — и шок, и страх, и миллион вопросов, которые роились в голове. Быстро собрав оставшиеся листы, она водрузила коробку на предназначенное для нее место.
— Готово! — объявила она слишком бодрым тоном. — Пойду, тогда... наверх.
Не дожидаясь ответа, она почти выбежала из комнаты, чувствуя, как предательское жжение распространяется по ее щекам.
В своей комнате она захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, пытаясь перевести дух. Сердце колотилось где-то в горле. Мысли метались, как перепуганные птицы в клетке. Сын мафии. Ее личный заклятый враг оказался не просто заносчивым богачом, а отпрыском криминального клана, в дела которого когда-то пытался вникнуть ее собственный отец. Невезуха — это ничего не сказать. Это была уже не неудача, а какая-то зловещая шутка судьбы.
Она плюхнулась на кровать, и пружины жалобно взвизгнули. Ей нужно было с кем-то поговорить. Выпустить этот пар. Но с кем? Ее пальцы сами потянулись к телефону. Чаты выстроились на экране, как два пути, оба ведущие в неизвестность.
Федерико. Его имя подмигивало ей с экрана. Он был там. Он был частью этой «золотой четверки». Он наверняка знал все их грязные секреты. Но можно ли ему доверять? Он друг Лоренцо. Что, если он тут же побежит и перескажет ему все? «Эй, Лоренцо, моя подружка, кажется, что-то пронюхала про твоего папу».
Виттория. Сплетница номер один. Она, конечно, знает все обо всех. Но ее болтливость была обоюдоострым мечом. Информация, переданная Виттории, переставала быть секретом. Она разлетится по университету быстрее лесного пожара.
Изабелла закусила губу. Ее палец замер в сантиметре от экрана, метаясь между двумя аватарами. Кто из них меньшее зло?
Внезапно телефон затрепетал и заиграл мелодию, заставив ее вздрогнуть. На экране горело имя: Маттео.
Словно сама судьба решила сделать выбор за нее. Боги, как же он вовремя.
Она сделала глубокий вдох, пытаясь прогнать дрожь из голоса, и провела пальцем по экрану.
— Алло?
— Привет, — его голос прозвучал на другом конце провода. Неловкая пауза. — Это Маттео. Я... не помешаю?
— Нет, все в порядке.
— Слушай... — он снова замолчал, и она услышала, как он нервно переводит дух. — Мы можем... увидеться? Сейчас? Мне нужно кое-что сказать.
Изабелла медленно поднялась с кровати и подошла к зеркалу. Ее отражение уставилось на нее: растрепанные волосы, следы усталости под глазами, просторная футболка с мороженым и спортивные штаны. Она выглядела так, будто только что пережила небольшой апокалипсис, а не разбирала коробки.
«Прекрасно. Просто очаровательно», — с сарказмом подумала она, и ее лицо исказилось в недовольной гримасе.
— Сейчас никак, — тяжело вздохнув, сказала она. — Через час. Мне нужно... привести себя в порядок.