Изабелла стояла в тени у стены дома, чувствуя себя актрисой на чужой сцене. Ее пальцы снова и снова нащупывали прямоугольник телефона в заднем кармане шорт. Она машинально вытаскивала его, проверяла экран, заставляла себя убирать обратно. Пустой чат с «Тень_Ариэль» молчал, и это молчание странным образом тяготило сильнее, чем его вчерашние сообщения.
«Ждешь, что он напишет? Что появится?» — мысленно ударила она себя по лицу, легкий шлепок, который должен был вернуть рассудок. — «Ты сама сказала ему не соваться. Идиотка».
Собрав волю в кулак, она с силой сунула телефон поглубже в карман, словно заточая в тюрьму собственные глупые надежды, и вышла из тени на свет гирлянд.
И почти сразу же ее взгляд столкнулся с знакомым. Маттео стоял у стола с закусками, с бокалом в руке, и смотрел прямо на нее. Увидев, что она его заметила, он смущенно улыбнулся — та же неловкая, но искренняя улыбка, что была вчера, — и направился к ней.
— Привет, — сказал он, останавливаясь на почтительном расстоянии. — Я... рад, что вы устроили это. У вас очень... милая семья. — Он кивнул в сторону Софии, которая уже вовсю хохотала в центре внимания местной молодежи. — Особенно твоя сестра. Настоящий ураган.
Изабелла почувствовала, как углы ее губ непроизвольно дрогнули.
— Да, ураган в юбке. Держись от нее подальше, если не хочешь быть втянутым в водоворот ее социальной жизни.
Маттео рассмеялся, и его лицо снова преобразилось, став открытым и по-домашнему теплым. Несколько секунд они стояли в немного неловком, но не неприятном молчании.
— Кстати, о безопасности, — Изабелла скрестила руки на груди, делая вид, что внимательно изучает территорию. — Твой лохматый друг... он надежно изолирован? У меня на этот вечер нет сменного комплекта нервов.
— Лео под строгим домашним арестом, — Маттео поднял руку, как на суде. — Мое слово. Твои нервы и икры в полной безопасности. По крайней мере, на этот вечер.
В его глазах мелькнула озорная искорка, и Изабелла с удивлением поняла, что ее собственное напряжение понемногу тает. Возможно, этот вечер не будет полной катастрофой. Она украдкой бросила последний взгляд на темную улицу за забором, где не было ни души, и с легким вздохом повернулась обратно к Маттео. Возможно, реальные люди ненадолго заставят ее забыть о призраках из сети.
Разговор тек неспешно, как теплая река. Маттео оказался удивительно легким собеседником.
— А ты... учишься где-то? — спросил он, слегка покачивая бокалом с лимонадом.
— С завтрашнего дня — да, — вздохнула Изабелла. — Местный университет. Факультет международных отношений.
— Звучит солидно.
— В прошлом городе вуз был престижным. А здесь... — она пожала плечами, глядя на веселящихся соседей, — не знаю, будет ли толк от этого диплома. Кажется, тут главное — знать, кому улыбаться.
— Не переживай, все будет хорошо, — его голос прозвучал так уверенно, что на мгновение ей захотелось ему поверить. — Я, вот, музыкант. С детства за фортепиано. Как и мой отец. Не так глобально, как твои будущие международные отношения, но душе как-то ближе.
Изабелла посмотрела на него с неподдельным интересом. В его словах не было ни тени смущения, лишь спокойное принятие своего пути.
— На самом деле... это прекрасно. Я всегда хотела научиться играть, но как-то... не складывалось.
Глаза Маттео вспыхнули.
— Правда? Если хочешь, я могу дать тебе пару уроков. Мне будет только в радость.
В его предложении не было намека на пафос или желание произвести впечатление — лишь искренняя готовность делиться тем, что он любил. Изабелла уже открыла рот, чтобы ответить — возможно, даже согласиться, — как вдруг ее отвлек рев моторов.
У обочины, словно выплыв из сумерек, замерли две низкие иномарки. Двери открылись, и на тихую улочку выплеснулась компания из двух парней и девушки. Они двигались с непринужденной уверенностью, которая граничила с высокомерием. Их одежда — идеально сидящие костюмы, платье из шелка, — кричала о деньгах, которых в этом «богом забытом» городке, казалось, не могло быть. Они выглядели так, будто сошли со страниц глянцевого журнала, случайно занесенные в эту провинциальную идиллию.
Изабелла с любопытством наблюдала за ними. Маттео же, проследив за ее взглядом, негромко и с явной неприязнью хмыкнул.
— Местная элита пожаловала, — проронил он, не отводя взгляда от троицы.
Изабелла нахмурилась.
— В смысле, «элита»?
— В самом прямом. Семьи, которые держат тут все в своих руках. С ними лучше не связываться, — его голос стал тише, предостерегающим. — И уж тем более не заводить близких отношений.
Но предупреждение запоздало. Троица, словно радаром засекшая новых людей, уже уверенной походкой направлялась прямо к ним. Воздух вокруг словно сгустился, и беззаботная атмосфера вечеринки на мгновение отступила перед их холодной, отточенной аурой.