— Я... я заблудилась, — выпалила Изабелла, чувствуя, как горит все лицо. — В моем прошлом университете пары начинались позже, и я не успела перестроиться, а здесь такие длинные коридоры, и...
— Ах, в вашем прошлом университете! — профессор водрузил очки на переносицу, и его взгляд, увеличенный линзами, стал просто невыносимым. — Весьма познавательно. Однако позвольте вас огорчить: здесь вы находитесь сейчас. И здесь я устанавливаю правила. А они гласят, что мои лекции начинаются ровно в восемь. Без обсуждений, без исключений и без отсылок к вашему блестящему прошлому. Понятно?
Изабелла, сжавшись под этим взглядом, могла лишь кивнуть.
— Прекрасно. Позвольте дать вам совет, синьорина Рицци, — он подчеркнуто заглянул в свой журнал. — Репутация в академической среде складывается с первой минуты. Вы свою уже начали формировать. Постарайтесь, чтобы она не стала окончательной. А теперь — садитесь. И не отвлекайте нас больше.
Униженная, сжигаемая сочувственными, насмешливыми и просто скучающими взглядами, Изабелла прокралась вглубь аудитории. Единственное свободное место ждало ее на самой галерке, у стены. Она шлепнулась на стул, сгорбившись, и уставилась в пустую тетрадь, желая провалиться сквозь землю. Первый день, первая пара, и она уже успела стать тем самым опоздавшим «молодым человеком» в глазах самого, как она тут же поняла, принципиального профессора на факультете. Превосходное начало.
Изабелла только сунула руку в сумку, чтобы достать тетрадь, как вдруг почувствовала легкое прикосновение к своему плечу. Она вздрогнула и обернулась.
Перед ней сидела девушка с очаровательной копной каштановых кудряшек и живыми, любопытными глазами. Она уже вся так и светилась желанием пообщаться.
— Привет! — прошептала она, наклонясь поближе, чтобы не мешать лекции. — Ты же новая, да? Изабелла Рицци? Я Виттория. Виттория Марини.
Изабелла с удивлением кивнула. Казалось, эта девушка уже успела узнать о ней всё, что только можно.
— Не переживай из-за Антонелли, — Виттория махнула рукой в сторону профессора, который снова ходил у доски. — Он просто любит покричать и поддержать образ строгого преподавателя. На самом деле он душка, просто старомодный. На втором курсе он мне даже пересдать завал разрешил, когда у меня бабушка болела.
Изабелла с некоторым сомнением посмотрела на седовласого профессора, который сурово водил указкой по графику. В «душку» как-то не очень верилось.
— Правда-правда! — настаивала Виттория, видя её недоверие. — Он просто ценит дисциплину. Ты же не специально опоздала, вот и всё. К концу пары он уже и забыть об этом может.
Изабелла скептически хмыкнула, но в душе ей захотелось поверить этим словам. Было приятно, что кто-то проявил к ней дружелюбие в этой незнакомой обстановке, да ещё после такого провального входа.
— Спасибо, — тихо сказала она. — Надеюсь, ты права.
— Я всегда права, — без тени сомнения заявила Виттория и тут же перешла на шёпот. — А теперь давай я тебе быстренько расскажу, кто есть кто в нашей группе, а то ты тут совсем одна как будто.
Глава 6
Звонок с пары прозвучал для Изабеллы как божественное избавление. Она схватила сумку, готовая было сбежать, но Виттория уже ловко сцепилась с ней под руку и потащила в поток студентов, вытекающих из аудитории.
— Ну так вот, Алессио, — Виттория не умолкала ни на секунду, — тот самый, что сидел у окна и все время зевал. Он у нас главный специалист по ночным гулянкам. А Романо — тот, в очках, — он все конспекты фоткает и потом всем скидывает, просто ангел во плоти! Доменико...
Изабелла кивала, стараясь удержать в голове этот водоворот имен, лиц и характеристик. У нее уже начинало слегка пульсировать в висках. Она мысленно представляла себе огромную картотеку, куда с трудом пыталась разложить все эти сведения.
Повернув за угол в коридоре, Изабелла на секунду отвлеклась, пытаясь вспомнить, кто такой Лука и почему он «немного странный». Она не заметила высокую фигуру, появившуюся из-за поворота, и врезалась в нее плечом, будто в каменную стену.
— Ой! — вырвалось у нее, и она, потирая ушибленное место, подняла взгляд. — Извините, я не...
Изабелла замолчала. Перед ней стоял парень с идеальной стрижкой и в дорогой куртке. Его лицо... оно было до боли знакомым. Холодные, насмешливые глаза, высокомерно приподнятый подбородок... Память услужливо подкинула картинку вчерашнего вечера: гирлянды, натянутая улыбка Федерико и этот же самый взгляд, который буравил ее с ног до головы.