— Мы приехали, мам… Немножко опоздали… Извините, — говорю, стаскивая с себя пальто, когда Кирилл помогает мне и здоровается с ней, а потом…
Как гром среди ясного неба мимо двери проплывает Ник… Снова как грозовая туча. Моментально окутывает помещение мороком и негативом…
Меня игнорирует, даже не взглянув в мою сторону… Но страшно не это…
А то, кого я вижу рядом с ним.
Чёртова Кира… Она тоже здесь…
От автора: Сегодня опять скидки на некоторые работы. Ищите на странице https://litnet.com/shrt/4DQQ
Глава 8
Никита Хорольский
«Да… Да… Да…».
У меня от этого проклятого слова все защитные механизмы рушатся. Вся бронь слетает. Организм оповещает о масштабной катастрофе… Красной строчкой подсвечивая слово «пиздец» на моём лбу… Практически как звездой.
Смотрю на Лёху, который сидит напротив и сжимаю в руках телефон, испытывая лютейшую… Просто невозможную ненависть в груди, и друг сразу же это замечает.
— Ник, ты чё? — спрашивает нахмуренно, и я протягиваю ему экран телефона. Он несколько секунд пытается осознать то, что видит, и задумчиво чешет затылок.
— Ну… Это пиздец какой-то… Не…
Я тут же нервно встаю с дивана и хватаю свою толстовку.
— Ник?! Да куда ты, блядь, братан?! — кричит мне вслед, но я уже выхожу на улицу, толкаю в рот сигарету и пишу ей ответ.
«Пиздец. Ну и пошла ты на хуй тогда».
У меня руки дрожат. И всё, что я чувствовал к своему ангелу больше не ощущается… Нет ни чистоты, ни доброты, ни каких-либо других милых эмоций… Только бешенная злость, ненависть в купе с неконтролируемой ревностью, прожигающей меня до самого основания.
Он её трогал… Он её…
Сердце в груди не просто на износ херачит, оно, блядь, в конвульсиях бьётся.
Я её ненавижу. Её и его. Я, блядь, всех ненавижу…
Пешком иду в сторону дома, пока Лёха бежит за мной.
— Ты чё каво… Ник…
— Лёх, уходи лучше…
— Бля… Да… Ник, ну реально…
— Я говорю отъебись от меня! — рычу на него, и иду дальше, пока он остаётся позади. Знаю, что дерьмово поступаю. Но я так хочу, чтобы все оставили меня в покое сейчас. Меня тупо разрывает на куски…
Весь час, пока я иду до дома, я думаю о том, как они трахались… Весь час, не переставая… Рисую эти мерзкие образы в голове и схожу с ума.
Как она могла… Вот так просто. Взять и…
Говорила же, что любит… А может уже и ему говорит? Да пошла она, реально…
Достаю телефон, который вновь разрывается от звонков отца.
— Да?
— Ник, слушай… Походу отменяется… Женя, потому что с другом будет… И тебе, наверное, лучше…
— Нет. Я приду… С другом? Окей. Я понял.
— Ник… Давай только без глупостей, ладно?
— Да какие глупости, бать? Завязывай, — отвечаю ему, но он, конечно же, мне не верит, скорее всего. Однако мне похую.
Прощавшись с ним, набираю номер Киры.
Единственный человек, который ненавидит Женьку так же, как и она её. А это замечательно, блядь. Просто пиздато. Будешь с Кирюшей, да? Вот и я буду с Кирюшей тогда. Сучка…
— Привет, Ник… — поднимает она не сразу. — Я на парах… Ты где?
— Кир… Слушай… Ты можешь на ужин сегодня прийти… К нам…
— Что так? Я думала… Между нами всё. Ты так сказал.
— Я помню, что сказал… Зову, потому что…
— Потому что твоя девчонка разъезжает с другим на машине, да? В курсе… Мне уже рассказали…
Чувствую, как у меня скрипит челюсть от гнева.
— А я тебе никогда не изменяла…
По правде говоря, я не знаю, было ли у неё там с кем-то. Об изменах я и вправду не слышал…
— Кир, ты так и будешь на гнилуху давить? Или придёшь?
— А в качестве кого?
— В качестве… Моей девушки, естественно…
— М-м-м… — хмыкает с гонором. — Хорошо, я приду. Только тебе стоит постараться на этот раз.
— Ага, я понял. В половину седьмого тогда приезжай… Я буду ждать.
— Хорошо. Буду самой красивой там, разумеется, — отвечает она и тут же сбрасывает, пока у меня самого в груди…
Творится Апокалипсис. Хаос… И ещё хрен пойми что…
Да меня никогда так в жизни, блядь, не штормило, как сейчас.
Кажется, что все демоны вышли на тропу войну. А раз они взялись за это, я хомячка просто утоплю, блядь, в этой ненависти. И пусть она со своим хахалем даже не думает больше соваться в мой дом.
Ещё и отца предупредила. Гадина чёртова.
Домой прихожу только через полтора часа. Весь промёрз до костей. Аж зубы стучали… Но тот огонь ненависти, что горел в груди согрел за считанные секунды, стоило показаться дома…
Всё для них. Отец украсил гостиную, заказал еду в ресторане. Агата Степановна носится вокруг стола, словно это самые важные гости, которые только были за все шестьдесят лет её жизни, блин… Хотя я бы их даже на порог не пустил, если честно…