— Кто бы говорил, — тут же встревает Ванька, и они с Лёхой опять вступают в тупые препирания как обычно. Этим двум только дай повод… Не угомонятся никак. Дурачьё.
— Завязывайте, у меня и так сейчас истерика случится…
— Ты чё, братан, — хватает Лёха за оба плеча. — В глаза смотри. Сдрейфил, что ли?
— Да иди ты, блин… Я хочу, чтобы всё идеально прошло… А вы тут со своими…
— О… Вон она, вон она, — причитает Ванька, заглядываясь в толпу… И я выныриваю из Лёхиной хватки за одну грёбанную секунду…
У меня в ожидании спирает глотку… Я что-то совсем перенервничал. Сейчас отстегнусь, нахрен. Прав был Ванька, нужно было пригубить с утра…
Но вдруг я вижу её…
Она, как утренний рассвет, спокойная и сияющая одновременно. Её глаза как два огонька, полные надежды и любимых моментов. Волнение внутри меня растит желание сжимать её руку, держать крепко и не отпускать, чтобы этот миг стал навсегда частью нашей истории.
У меня даже сердце поднимается куда-то высоко, будто на крыльях. Адреналин щиплет кровь, разгоняет… Я ещё никогда так не предвкушал ничего… Разве что наш с ней первый раз тогда. Быть может, есть в этом что-то такое… Сокровенное. Отдельная книга жизни. Наша. Которую мы пишем вместе… По ней можно и гадать… Она точно не соврёт.
Всё утро готовилась для меня… Такая, блядь, красивая… Просто не выдерживаю…
Её платье как нежный водопад, струящееся и лёгкое, словно сотканное из облаков и цветов. Они с Наташкой выбирали… Я даже не видел, а сейчас понимаю, что вот он — эффект неожиданности. От такого и помереть недолго. Слишком красиво, блин… Ткань мягко обвивает её стройную фигуру, подчёркивая каждое движение. Пока ещё нет никакого животика, хотя уже приличный срок… Но я-то знаю, что там уже вовсю цветёт жизнь… Наше с ней продолжение.
В воздухе витает непередаваемый аромат свежести и шика. Она словно гарцует по этой сцене, собирая вокруг себя свет и улыбки, и мне кажется, что каждое её движение заставляет меня млеть…
Она идёт так грациозно, так уверенно, словно знает, что вся вселенная ждёт её появления. Так и есть. Моя внутренняя вселенная жаждет ощутить её рядом. Ощутить её своей… И я не могу отвести взгляда, потому что в каждом её жесте — внутри теплеет, словно солнце, которое она несёт. Это ощущение — одновременно трепет и спокойствие, потому что я знаю: это мой человек, моя судьба, моя невероятная, неподдельная мечта.
— Ты самая красивая! — кричит лялька из толпы. Кто-то присвистывает и, чёрт, я согласен…
Мог ли я желать чего-то большего от этой жизни, блин? Я и не думал, что так быстро на ком-то женюсь… Меня даже слово это пугало, зато сейчас… Мне нихрена больше не нужно для счастья…
Друзья рядом, их улыбки и шумиха, они аплодируют и кричат поздравления. Наши родители здесь, гордость в их глазах, слёзы счастья, смешанные с радостью и легкой ностальгией. В этот момент я понимаю: я — самый счастливый парень в мире, потому что нашёл свою единственную, ту, что сделала меня лучше.
Вся эта минута — словно кинолента, и в ней растворяются страхи, остаётся только вера и искренняя радость. От этого «согласен, согласна». От поцелуя сквозь крики и вопли наших близких людей… От речи, которая подкреплена торжественной мелодией свадебного марша… Тут всё запоминается иначе. Не так, как когда ты гость… А когда ты уже глава новой сформировавшейся семьи…
— Теперь Хорольская… — шепчу ей в губы, будто бы успокоившись. Словно именно в этот момент наступает тишина и гармония… Душевная. Где мы оба ощущаем себя едиными.
После церемонии мы садимся в машину, мчимся в ресторан, и сердце наполняется теплом, планами и обещаниями, ведь впереди — всё самое важное: жизнь, любовь, совместные мечты.
И я сделаю всё, чтобы она стала счастливой… Чтобы наша семья не знала обид и предательств. Чтобы мы прожили вместе эту жизнь и ни о чём ни разу не пожалели…
Горько…
Эпилог
Евгения Хорольская
Два года спустя…
— Наконец-то вы переезжаете, Господи… Я так рада, Наташ…
— Так будет всем легче… Да и деткам… Я уже замечаю, что София теряет его, Жень…
— Он тоже её теряет… — хихикаю, глядя на сына, который сейчас мусолит в зубах Софийкиного лисёнка. У них разница месяц, но они так друг к другу привыкли, что просто не разлей вода… Мы же каждые выходные мотаемся друг к другу… А тут будет совсем рядом. Ну, благодать…