Очнулся уже на руках у лекарей.
Свет, шум, крики.
Где-то рядом — инструктор орёт:
— Вырубить систему! Немедленно!
Сквозь туман вижу знакомый силуэт.
Изабелла.
Стоит в дверях, руки на груди, взгляд — холодный.
— Что он сделал? — спросила она.
— Не знаю, госпожа, — ответил маг. — Артефакт перегорел. Подключение к древним каналам. Это невозможно!
Изабелла подошла ближе, присела рядом.
— Очнулся?
Я кивнул, с трудом дыша.
— Пытался просто… пройти тест.
Она хмыкнула.
— Прошёл. И чуть не уничтожил тренировочный зал.
Сзади раздался знакомый голос — тот, что смеялся надо мной раньше.
— Ну всё, теперь точно легенда. Герой, разрушивший камень. Может, назовём зал в честь тебя?
Хохот.
Изабелла не смеялась.
Она смотрела на меня долго, холодно, но в глазах — не презрение.
Интерес.
— Похоже, Первородный выбрал тебя не случайно, — сказала она тихо. — Проблема в том, что теперь за тобой будут следить. Не только Гильдия.
Я попытался улыбнуться, но получилось криво.
— Знаю. Я уже привык быть под наблюдением.
Она встала.
— Тогда привыкай к худшему. Настоящие подземелья не прощают.
И ушла, оставив запах стали и холодного ветра.
Позже, лёжа в лазарете, я смотрел в потолок.
Метка мерцала тихо, ритмично.
Мир вокруг был тих, но в голове звучал новый шёпот:
Ты прошёл испытание. Мы чувствуем тебя.
Теперь ты часть нас.
Я выдохнул.
— Спасибо за предупреждение.
Пыль на свету закручивалась медленно, и я подумал:
всё только начинается.
Кровь и камень
Проснулся не от звука — от тишины.
Такой, что звенит в ушах.
В этой тишине даже собственное дыхание кажется чужим.
Я лежал в лазарете.
Белый свет ламп, запах лекарств и магических мазей.
В углу капала вода — ровно, размеренно, как отсчёт.
Каждая капля била в виски, будто в сердце.
Метка горела.
Не просто светилась — горела.
Кожа вокруг покраснела, линии пульсировали, будто под кожей бежит кровь, но не моя.
Пытался не смотреть, но взгляд всё равно притягивало.
Состояние: нестабильно.
Поглощение: активно.
— Прекрати, — прошептал я. — Хватит.
Ты зовёшь — я слушаю.
Голос был не тот, что раньше.
Раньше — ровный, холодный.
Теперь — живой.
Низкий, хриплый, будто через камень.
Я сел, с трудом оторвавшись от койки.
Тело ломило.
Голова пустая, но внутри — странное чувство. Сила.
Не просто магия.
Что-то тянущееся к земле, к глубине.
Ты не один. Мы рядом.
Я провёл пальцами по каменному полу.
Он был тёплый.
Пульсировал в такт сердцу.
Мир будто дышал вместе со мной.
— Что ты со мной делаешь?
Слышу кровь. Слышу сердце. Мы — одно.
Дверь скрипнула.
Вошёл человек — старший маг Гильдии, тот же, что наблюдал за испытанием.
Выглядел усталым, но глаза — живые, цепкие, как у охотника.
— Арден, — сказал он тихо. — Поздравляю. Ты официально стал головной болью совета.
Я усмехнулся.
— Давно мечтал о признании.
Он подошёл ближе, присел на край койки.
— Ты понимаешь, что сделал?
— Я просто хотел пройти тест.
— А в итоге разрушил тренировочную камеру стоимостью в полгильдии.
Он посмотрел прямо в глаза. — И открыл канал. Настоящий канал подземелья.
Я не знал, что сказать.
— Мы думали, эти жилы давно спят, — продолжил маг. — Но твоя Метка... она активировала что-то древнее. Что-то, что связано с самим Альдранисом.
Он коснулся моей руки — осторожно, но в тот же миг отдёрнул.
Метка вспыхнула.
Его лицо побледнело.
— Что ты чувствуешь? — спросил он быстро.
— Всё, — ответил я. — Камень, стены, подземелье... Оно дышит. И шепчет.
Он медленно кивнул.
— Вот именно этого мы и боимся.
Позже меня вызвали в зал Совета.
Большой, холодный, с колоннами и гербами.
На полу — знак Гильдии, вплетённый в круг рун.
В центре — я.
За столом — пятеро.
Изабелла тоже там.
Стоит чуть в стороне, руки за спиной, взгляд прямой.
— Рей Арден, — произнёс маг, что сидел по центру. — После вчерашнего испытания ты проходишь под статусом “аномалии категории III”.
— Приятно осознавать, что теперь я цифра, — сказал я.
— Это не шутка, — перебил он. — Мы должны понять, человек ты или уже часть Системы.
Я сжал кулаки.
— Я человек.
Изабелла подняла бровь, но промолчала.
Маг продолжил:
— В тебе течёт сила Первородного. Возможно, она теперь управляет тобой. Мы должны провести тест.