Желудок скручивает от боли и я вся покрываюсь липким потом. Стиснув до боли зубы, я цепляюсь за выступы обледеневшими перчатками и смотрю прямо перед собой. Ветер пихает в спину, намереваясь скинуть меня вниз и ноги наливаются свинцом.
Веревка на моей талии натягивается, давая понять, что Макс спустился еще ниже. В отличие от меня, он уверенно двигается к подножию горы, не испытывая никаких неудобств и я его только задерживаю.
Меня это злит.
Я не боюсь высоты, я боюсь сорваться вниз и сломать себе шею.
Незаметно растираю пальцы, возвращая им чувствительность и пытаюсь отыскать еще один крепкий камень, за который можно ухватиться. Я проверяю каждый по несколько раз, прежде, чем ступить на него.
Каждый миллиметр, который мне удается пройти, не поскользнувшись, я записываю в победу. Даже когда мы едва не погибаем под градом камнепада, я не перестаю верить. Бог существует и он помогает мне. Я все еще жива, все еще в сознании.
Мы продолжаем спуск. Приходится концентрироваться до ряби в глазах. Украдкой смотрю вниз, сколько там осталось метров? Ничего не разглядеть. Небо темнеет и налетает порыв бури. Передышка заканчивается и теперь нам нужно искать место для ночлега. Благо оно совсем недалеко.
Я стараюсь дышать носом через плотно обмотанный вокруг лица шарф, но мне приходится сдвинуть его к подбородку, чтобы лучше видеть и теперь мне кажется, что уши и нос у меня отвалятся. Горло пересохло от жажды и я хочу пить, но не рискую достать бутылку с водой.
Если кто-нибудь из нас сорвется в расщелину, то другой потянет его за собой и не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, кто это будет.
Я стираю с ресниц иней и делаю шаг к желобу. Внезапно, ледяная корка подо мной проваливается, я взмахиваю руками, словно пытаясь взлететь и с отчаянным криком падаю в разверзнувшую расщелину, потянув за собой Макса.
Гора проглатывает меня целиком, ветер свистит в ушах, пока я падаю вниз. Веревка резко натягивается, подбрасывая меня вверх. Я больно ударяюсь о зубчатые стены и болтаюсь в воздухе, как тряпичная кукла.
Падающие сверху куски льда царапают кожу и я хватаю ртом воздух. Подо мной зияет глубокая пропасть с огромными камнями на дне. Меня охватывает дикий ужас.
- Лилит? – моё имя долетает до меня, как сквозь толщу воды, - Ответь мне что-нибудь… - ветер заглушает его последние слова.
- Я… Я цела, – шепчу я и сама в это не верю, - Я цела! - эхо разносит мой громкий ответ и я сильнее цепляясь в страховку.
- Постарайся ухватиться за что-нибудь, - кричит Макс, - Я тебя вытащу, - мозг лихорадочно ищет выход и я осматриваюсь.
Ледовая трещина имеет глубину больше десяти метров. Вокруг меня острые каменные выступы. Мне еще повезло, что я не ударилась об один из них.
- Ладно, - цепляюсь носками ботинок за выбоины, ослабляя давление на страховку, но тяжелая сумка тянет меня вниз. Мои пальцы коченеют от холода, но я упрямо хватаюсь за ледяные выступы.
Я чувствую, как Макс начинает тянуть меня наверх, веревка натягивается и становится очень тонкой. Узлы трещат и мои руки начинают дрожать.
Только не это.
Но треск становится всё громче и я со страхом смотрю, как нитки расползаются.
- Веревка не выдержит! – истошно ору я, он резко останавливается и я повисаю над пропастью, - Она сейчас порвется! - по-моему лицу катятся слезы, сразу превращаясь в лед и я всхлипываю. Еще немного и я потеряю контроль над собой. Сорвусь вниз.
- Попробуй сбросить вес, - напряженно предлагает Макс, я его не вижу, но отчетливо слышу каждое его слово.
Я перевожу взгляд на сумку, перекинутую через плечо.
Если я это сделаю, наших скудных припасов останется еще меньше.
- Я не могу, - узелки издают еще один глухой звук и моё сердце проваливается к пяткам, - Я не могу… - шепчу я себе под нос.
- Сбрось сумку немедленно! – его свирепый голос действует на меня отрезвляюще.
О чем я только думаю, когда на кону моя жизнь?!
Одеревенелыми пальцами я пробую перекинуть ремешок, но из-за холода, руки не хотят шевелиться. Прикусив губы, я в последний раз тяну за ремень и, наконец, мне удается стащить ее с себя и она летит вниз.
- Готово! - от страха меня всю трясет и по позвоночнику бегут ледяные мурашки.
Веревка растягивается сильнее. Я боюсь, что в любой момент услышу треск и... зажмуриваю глаза. Максу удается вытянуть меня наверх. Я падаю на колени, как только оказываюсь на твердой поверхности и он помогает мне подняться.
- Не думал, что скажу это, но я рад, что ты такая маленькая, - с облегчением произносит он и едва заметно улыбается.