Я была бы не против обернуться его третьей рукой. Боже, как же я себя за это ненавижу. Но единственное, о ком я думаю сейчас, это Самара.
Я обещала маме, что позабочусь о ней.
- Вы же знаете, кто я, - Макс хмурится, вглядываясь в мое лицо, - Я могу сам отвести ее домой, - он переводит глаза на стражников и обаятельно улыбается, - Мне можно доверять.
- Я не могу нарушать систему, - непреклонно произносит стражник и это выводит меня из ступора.
Забудь, что кто-то спасет тебя. Ни на кого не рассчитывай. Не думай о Данте. Не думай о сестре. Главное сейчас вырваться и сбежать. Эти две цели. Больше ничего. Сосредоточься на них.
Я ощущаю внизу живота еле уловимую вибрацию, чувствительность возвращается обратно к моим онемевшим мышцам. Я резко отталкиваю аристократа. От неожиданности он падает на землю.
Надеюсь, он разбил себе голову или сломал позвонки. А лучше и то и другое вместе.
Я быстро разворачиваюсь, крепче сжимая пилку в похолодевших пальцах и с яростью втыкаю ее в шею стражника. Кровь брызжет из него, как в фильме ужасов, но я уже бегу вперед. Всё моё тело дрожит от адреналина. Я вбегаю в знакомый переулок, зная, что Данте здесь нет. Но меня всё равно пронзает разочарование и я сгибаюсь пополам.
Меня выворачивает на вычищенный до блеска асфальт.
Вытерев рот рукой, я судорожно цепляюсь в крышку люка. Теплый дождь падает большими каплями и смывает с шеи пот. Я тяну крышку на себя и когда она, наконец, поддается, проскальзываю внутрь.
Я включаю фонарик, прогоняя темноту и быстро срываю с себя всю одежду. Рвущие наружу рыдания заглушают мои проклятия. Чип падает на пол. Я натягиваю на себя рубашку Данте, проворно подкатывая рукава. Меня окутывает аромат его кожи и я громко всхлипываю.
Вряд ли бы ему понравилось, если бы я оставила его любимую вещь здесь.
Я осматриваю его походный рюкзак и забираю только то, что мне может пригодиться: охотничий нож, еще один фонарик, шоколадку, и… чип. Подумав, решаю оставить нож здесь, вдруг Данте придет.
Я царапаю несколько слов огрызком карандаша и кладу записку рядом, прижимая ее камнем.
Выпрямившись, я вдруг осознаю, что мне больше нечего бояться.
Я действительно осталась одна.
Глава 12
Макс
Я неподвижно лежу на асфальте и не могу встать. Перед глазами всё еще стоит лицо девушки.
С ней что-то было не так. Определенно не так.
И когда она всадила обычную пилочку в шею стражника, я понял, что именно.
Она отступница.
Измененная.
- С вами всё в порядке? – надо мной склоняется швейцар, его бледное лицо похоже на луну. Оно заполняет собой всё пространство.
Я поворачиваю голову и вижу мертвого стражника.
По крайней мере, теперь он не кричит.
Кто-то накрывает его своим пиджаком.
- Вызовете, наконец, врача! – истерично вскрикивает женский голос и тут же пропадает. Лицо швейцара тоже исчезает и я смотрю на плывущие по куполу искусственные тучи. Капли дождя падают мне на лицо.
Я чувствую, как боль разливается в голове, но знаю, причина не только в ушибе.
- Макс, ты в порядке? – тата опускается ко мне, не заботясь о своем шикарном платье. Я валяюсь в грязи и, наверняка, выгляжу отвратительно, - Макс? – она со страхом произносит мое имя и я хочу ответить, что всё хорошо, но язык словно примерз к нёбу.
Я пробую приподняться и замечаю рассыпанные вокруг фиолетовые шарики.
Твою мать.
Я встречаюсь с татой глазами.
- Всё будет хорошо, - она скрывает разочарование за улыбкой и начинает собирать их в ладонь. Ее ухоженные ногти шарят по мокрому асфальту. Капельки воды стекают по густым каштановым волосам.
И как только я думаю, что хуже уже быть не может, я слышу голос отца.
- Что произошло? – вопросы сыпятся из него, как из автомата, собравшаяся толпа зевак расступается перед ним, пропуская вперед. Тата успевает высыпать мою «грязную тайну» в свою сумочку, прежде, чем его фигура появляется передо мной, - Надеюсь это не ты? - отец убирает пиджак с трупа, - Кто-нибудь мне объяснит, какого черта здесь происходит? – он выпрямляется и убирает со лба влажные волосы.
- Отступники, - не скрывая ненависти отвечает стражник по рангу выше, чем остальные. На его черной форме нашиты несколько звезд.
«Капитан», - решаю я.
- Одна из них убила моего парня, - он нервно машет рукой, показывая на труп, - Думаю, она посчитала, что расправилась и с ним, - тата вздрагивает, услышав последние слова, – Наши камеры засняли гибридов.
Я поджимаю губы и сажусь.
- Ясно, - наверное, отец жалеет, что ей не удалось меня прикончить, - Это что, твоя кровь? – суровое выражение на его лице сменяется отвращением.