Много времени уходит, прежде чем мне удается дотянуться до острой стали и сорвать его с потолка. Я рыхлю землю крюком, пока она не становится достаточно мягкой и выгребаю ее, расширяя лаз. Работаю быстро, но недостаточно, уже стемнело и становится намного холоднее. Гора земли рядом со мной похожа на большой муравейник. У меня болит спина, всё тело мокрое от пота. И я воняю. Стянув с себя толстую кофту, я бросаю ее на пол, и опускаюсь на живот.
- Пусть этого будет достаточно, - шепчу я, как молитву, - Пусть этого будет достаточно, - повторяю я одно и тоже, и пытаюсь протиснуться на улицу.
Острые щепки впиваются в спину, и прорывают рубашку в нескольких местах. Я сильнее отталкиваюсь ногами и мне удается выбраться наружу. В первое мгновение, я не верю, что у меня получилось. Над головой ярко горят звезды и даже вонь теперь мне не кажется такой отвратительной.
Я бегу к следующей деревянной постройке и прячусь за ней. В окнах домов стоит непроглядная темнота. Мое сердце сжимается от нехорошего предчувствия. Я выглядываю из-за угла и у меня перехватывает дыхание.
Чистильщики. Целая армия.
Они в белых комбинезонах и своих огромных намордниках. Я прижимаюсь к стене и озноб мурашками покрывает мою кожу. Зачем они здесь? Если Призрак получил кристаллизатор, то почему отправил сюда команду зачистки?
Голоса звучат громче.
Я как можно тише обхожу дом и скрываюсь за мешками с мусором. Вонь стоит просто невыносимая, но я жду, пока чистильщики не пройдут мимо и только тогда вскакиваю на ноги.
Набрав в грудь больше воздуха, я несусь вперед. Легкие горят огнем, но я фокусируюсь только на своей цели. Вбежав в холодный мрачный лес, я устало прислоняюсь к дереву и оглядываюсь назад.
Чистильщики зажигают прожекторы, яркий свет разрезает ночное небо пополам, а потом перемещается к лесу. Несколько минут, я пытаюсь восстановить дыхание, хрипом вырывающее из моего горла и опять начинаю бежать. Острые сухие ветви царапают лицо, но я только ускоряю бег.
Каждый день я боюсь за сестру. Боюсь, что она умрет. Заболеет. Ее обидят. Убьют. Или просто отнимут у меня. Единственное, что я могу - сражаться за нее. Всегда и везде.
Я пробираюсь через колючую проволоку, она безжалостно задерживает меня, цепляясь за брюки и я со злостью отрываю целые куски ткани. Мне нужно успеть к Гриф. Забрать сестру и на время исчезнуть.
Вдруг я обо что-то спотыкаюсь, моя нога подгибается и я кубарем лечу по земле. Мое тело считает все камни и валуны, пока не останавливается. Я неподвижно лежу на земле и смотрю на небо. От боли я даже боюсь дышать.
Застонав, я облокачиваюсь на руки и пробую подняться. Мои ноги сильно трясутся, но скорее от шока, чем от боли. Прихрамывая, я направляюсь к крутому подъему наверх и слышу какой-то звук.
Он идет с другой стороны холма и я крадучись двигаюсь туда. Когда я подхожу ближе, в нос ударяет запах человеческих испражнений и крови. Бездомные псы поворачивают ко мне свои окровавленные морды и предупреждающе скалят зубы.
- Господи Боже, - я пячусь от них, - Господи Боже, - но я не в силах отвести взгляда от сваленных в одну кучу людей. Я узнаю каждого из них. Всего несколько часов назад они хотели моей смерти.
Отработанный материал. Вот что мы такое для них.
Я смотрю, как псы делят руку заказчика и мои ноги становятся ватными. Я опускаюсь на холодную землю. С неба падают жирные хлопья пепла. Он сыплется слишком быстро, и покрывает все вокруг серым горячим снегом.
Я удивленно поднимаю голову.
Что-то горит?
Ветер приносит запах дыма и смерти. И меня словно ударяет в солнечное сплетение и я подрываюсь с места.
Нет. Нет. Нет. Этого не может быть.
Но запах дыма становится всё сильнее и во рту появляется вкус паленой плоти. Я пулей проношусь мимо пустыря. Меня душат рыдания, перехватывая дыхание. В глазах рябит и меня шатает. Я постоянно спотыкаюсь, падаю на землю и вскакиваю опять. Черный пепел перемешивается с землей и порывы ветра бросают его мне в лицо.
От зоны «Безнадежных» остались только скелеты домов и больше ничего.
Глава 18
Макс
- Что ты делаешь? – сглатывая, спрашиваю я, увидев глубокую рану на ладони Кары.
- Глупость, - она бросает окровавленный нож в раковину, - Черт, как же больно! – прижимает полотенце к порезу, обматывает его несколько раз, - А вообще, пытаюсь спасти ему жизнь, - Кара кивает в сторону отступника.
- Обычно, ты отнимаешь у них такое право, - напоминаю я, - Обязательно было калечить себя?
Она проходит мимо меня и я недовольно отхожу в сторону.
- Мне нужно видеть, что берет врач, - Кара что-то ищет в шкафу, - И придется совершить небольшую кражу, - вытаскивает на свет пальто, - Вряд ли они заподозрят в этом сотрудника департамента.