- Вырубите ее, - обращается она к остальным.
Что-то внутри требует меня бежать отсюда. Древний инстинкт, доставшийся нам от наших предков.
Беги. Беги отсюда как можно дальше. Как только можешь. Беги!
Чистильщики окружают меня. Их шаги неторопливы, они будто знают то, чего не знаю я. Один из них обходит меня сзади и становится за спиной. Я разворачиваюсь к нему, обхватив руками увесистый камень. Сжимаю его пальцами. На ощупь он еще теплый.
Они не замечают моего оружия. Выжидаю. Я могу долго сидеть в засаде. Этому я научилась. Этого им у меня не отнять. Один из них совершает ошибку, изменив позу, он делает шаг назад. Мне только это и нужно. Секундное замешательство. Я быстро вскакиваю на ноги и ударяю камнем стоящего позади чистильщика. Он изумленно хватается за голову, но я уже наношу другой удар.
Все замирают на месте. От шока. Удивления. Растерянности. Мне все равно.
- Дрянь, - острая игла впивается мне под кожу. Прямо между лопатками. Онемение расползается по телу и я разжимаю пальцы. Камень падает под ноги.
Последнее, что я вижу, перед тем, как провалиться в черную бездну - холодные глаза женщины.
Сука.
Я хочу кинуться на нее. Сломать ей шею. Я хочу…
Надо мной смыкается темнота и я больше ничего не чувствую.
Спина упирается во что-то мягкое и я слышу, как тихо работает мотор. Сглатываю неприятный комок, и пробую открыть глаза. Свет больно ударяет по сетчатке и я моргаю, привыкая к нему.
Я в беспилотнике совершенных. В нем нет окон. Нет сидений и ручек. Ощупываю мягкую обшивку и меня швыряет в сторону, когда он заходит в поворот.
Меня куда-то везут. Перевозят в другую зону? Если я всё еще жива, значит убивать меня пока не собираются.
Я ползу к дверям. Вернее, я думаю, что это они. Провожу по ним пальцами, но ощущаю только небольшие углубления в тех местах, где они плотно смыкаются с друг другом. Горло чешется и мне хочется пить. Силы покидают меня и я опять прислоняюсь к мягкой стенке. Через несколько долгих часов, беспилотник останавливается и становится очень тихо.
Мы приехали на место. Находится в неведении еще хуже, чем в тишине. Я настороженно прислушиваюсь. Хлопает дверца и кто-то спрыгивает на землю.
«Мужчина, - судя по весу и стуку его подошвы о гравий, - Достаточно крепкий».
Я быстро закрываю глаза, пусть думает, что я еще сплю. Стараюсь глубоко дышать, но мое тело, как натянутая струна и я боюсь. Очень боюсь. Он распахивает дверь, свежий воздух прорывается внутрь и начинает выдувать тепло.
Никто не произносит ни слова.
Тишина. Только я и он.
Я чувствую, как меня разглядывают, ощущаю, как его глаза ощупывают каждый кусочек моего тела. Мурашки покрывают мою кожу и я уверена - причина не в холоде.
- Хватит валять дурака, я видел, что ты уже очнулась, - мужчина забирается в беспилотник, он проседает под его весом.
Я резко открываю глаза и отползаю в дальний угол.
У него широкая грудная клетка, словно он занимается спортом и сильные волосатые руки.
- Ты можешь сопротивляться и я вырублю тебя этим, - его бесцветные глаза ничего не выражают, так смотрят на ползущую букашку, а не на человеческое существо. - Можешь кричать и я опять же, вырублю тебя вот этим, - он показывает на глушитель в своей руке.
На всякий случай, я киваю, обдумывая, как можно выбить его из пальцев мужчины. Но никакой идеи на этот счет не поступает.
- На выход, - я решаю, что на открытой местности у меня будет больше шансов и осторожно двинулась к выходу, не сводя с него глаз. Пусть только попробует дотронуться до меня. Но он только одобрительно хмыкает и выбирается наружу.
Сжав зубы, я аккуратно спрыгиваю на землю.
Кругом высокие сосны . Я никогда не видела такого леса. Живые деревья. Если бы я не боялась за свою жизнь, то непременно бы коснулась острых иголок.
- Где мы? – хрипло спрашиваю я, замечая десятки точно таких же безликих беспилотников.
Я здесь не одна.
Мою грудь сдавливает стальным корсетом страха.
- Скоро узнаешь, - односложно отвечает он, пожевывая пухлые губы и моё сердце сжимается. - Шестьдесят шестая на месте, - говорит в рацию мужчина, не сводя с меня своих узких пустых глаз.
- Где мы? – я стараюсь, чтобы мой голос не дрожал, но выходит плохо.
Я вся покрываюсь липким холодным потом.
- Шагай, - повелительным жестом он приглашает меня идти впереди, показывая на еще одну колею, поменьше.
Можно было попробовать скрыться в лесу. Но боль в ноге не перестает пульсировать, щиколотка распухает, как воздушный шарик и я даже боюсь на нее смотреть.
- И не думай об этом, - он прерывает мои размышления так резко, словно умеет читать мысли.