— Изи, ты ли это? — негромко спросил он.
— Да, это я.
— То-то я думаю, что только один человек может входить ко мне без разрешения, — в его голосе прозвучала лёгкая усмешка.
— Спокойно, Тибо, — сказала Изи ровно. — Я пришла не одна.
Мужчина резко поднял тревожный взгляд и уставился на тёмный силуэт за спиной Изи. Теперь Аделин смогла рассмотреть его: высокий, широкоплечий, вероятно в прошлом рыцарь, он был почти весь покрыт язвами и перевязан бинтами. Глаза его были мутными — видно, зрение угасало. Именно поэтому он не обратил внимания, когда кто-то вошёл.
— Кто это? — глухо спросил Тибо, прищуриваясь и пытаясь сфокусировать взгляд на Аделин.
— Это врач, Тибо. Разреши ей тебя осмотреть, — спокойно сказала Изи.
— Зачем, Изи? Зачем ты притащила сюда какого-то… — он прищурился, всматриваясь внимательнее, и вдруг резко выпрямился. — Постой… это что, женщина?!
Тибо распахнул глаза шире, в его лице мелькнула смесь тревоги и возмущения. Он опёрся на трость и рывком поднялся с лежака, словно ещё надеялся выпрямиться во весь рост, как прежде — рыцарь, а не больной.
— Тибо, послушай меня, — Изи смотрела ему прямо в глаза. Подойдя ближе, она осторожно положила ладони на его плечи и мягко надавила, заставляя его снова опуститься на лежак.
— Ты ведь доверяешь мне?
— Конечно… — мутные глаза мужчины чуть дрогнули и наконец начали успокаиваться.
— Тогда позволь ей тебя осмотреть, — тихо сказала Изи.
Тибо кивнул почти незаметно. Изи отступила, давая дорогу Аделин. Та молча поставила сумку на край лежака и раскрыла её.
«Господи… в этих накидках невозможно ни шагнуть, ни нормально видеть», — недовольно подумала она, поправляя ткань, снова съехавшую на глаза.
Раскрыв сумку, она достала небольшой пузырёк с прозрачной жидкостью и плоскую мисочку
— Что ты делаешь? — настороженно спросил Тибо, следя мутным взглядом за её движениями.
— Мо́ю руки, — спокойно ответила Аделин.
Она налила раствор, тщательно протёрла ладони, пальцы, запястья, повторила движение ещё раз. Тибо не сводил с неё глаз.
Следом она достала из сумки тонкие медицинские перчатки и натянув их на руки, привычным движением разгладила пальцы, проверила плотность прилегания.
— Это ещё зачем? — удивился он, нахмурив брови.
Аделин спокойно посмотрела на него:
— Чтобы не занести грязь в твои раны и не заразить тебя ещё сильнее.
Что ещё важнее — не заразиться самой.
Тибо хмыкнул, явно не понимая, но не стал спорить. Зато Изи даже не повела бровью — только наблюдала с привычной холодной сосредоточенностью.
Аделин приблизилась и мягко коснулась его шеи.
— Подними голову, — сказала она.
Тибо напрягся, но подчинился. Девушка аккуратно пальпировала лимфоузлы под челюстью, на шее, подмышками.
— Больно? — спросила она.
— Нет… — пробормотал он, нахмурившись ещё сильнее.
Она кивнула. Затем вытащила из сумки маленький металлический цилиндр, щёлкнула выключателем, и яркий луч фонарика прорезал темноту.
Тибо вздрогнул, отпрянув назад.
— Что это черт?!
— Это просто свет, фонарик, — спокойно ответила Аделин. Она протянула предмет ему на ладони. — Вот.
Тибо с осторожностью взял странную вещь. Пальцами ощупал гладкий металл, покрутил в руках и, нажав на кнопку, снова включил. Луч пробежал по стенам, скользнул по полу и задержался на его собственной ладони. Мужчина вернул фонарик, и в его мутных глазах мелькнуло что-то похожее на детское изумление.
— Откуда у тебя это?.. Как он работает?
Аделин чуть напряглась и, не желая углубляться в объяснения, мягко перевела разговор:
— Мне нужно рассмотреть твои глаза и язвы, ладно?
Она наклонилась ближе, посветила в зрачки. Один реагировал вяло, другой — еще хуже.
Не дожидаясь новых вопросов, Аделин осторожно разрезала слой бинтов и откинула их в сторону. Под ними открылись язвы — некоторые глубокие, с сероватым дном, другие уже подсохшие и покрытые грубой коркой. В свете луча воспаления выглядели ещё отчётливее.
Она осмотрела его кисть: пальцы казались утолщёнными и слегка искривлёнными, кожа на ладони была грубой, с трещинами. Осторожно проверила суставы — подвижность оставалась, хоть и болезненная.
— Сожми кулак, — тихо попросила она.