Медленно Сабрина провела пальцем по его позвоночнику. Он уткнулся лицом ей в шею и продолжал спать. Она повернула голову и прошептала ему в ухо:
– Джерри, ты задавишь меня.
– Мм.
– Джерри, проснись. Я не могу дышать. – Она попыталась оттолкнуть его, но он давил на нее как скала. Наконец, опустив руку ниже, она ущипнула его.
– Ой! – скатившись с нее, он взглянул на нее с укоризной.
– Так вот как ты избавляешься от своих любовников, – пошутил он.
Улыбнувшись, Сабрина прикоснулась к его щеке.
– Я начала задыхаться, а ты не хотел просыпаться.
– Ох. – Теперь уже огорчение было написано на его лице. – Кажется, я заснул. Не очень-то романтично? Я оскорбил тебя этим?
Сабрина покраснела.
– Нет, так как я понимаю, что это естественная реакция на…
– Это самый чертовски волнующий секс, который когда-либо у меня был, и я не должен был позволить себе заснуть, не сказав тебе об этом. Ты удивительная, Сабрина. – Он слегка прикоснулся губами к ее губам.
– Ты тоже. – Она пристально смотрела в его глаза, и сердце ее не умещалось в груди.
– Я на минуту отлучусь в ванную, хорошо? А ты не вставай.
– Я и не мечтала об этом. – Она мечтала совсем о другом. Сладко потянувшись, Сабрина накрылась простыней.
– Ты выглядишь счастливой, – сказал Джерри, когда вернулся из ванной и проскользнул к ней под простыню. – И чертовски сексуальной, – добавил он, прижимаясь к ней.
– Я и чувствую себя точно так же, – призналась Сабрина, положив голову ему на грудь. Ей нравилось, как звучал его голос, она ловила его дыхание, чувствовала, как реагирует его тело на ее прикосновения. Ласково прижимаясь к нему, она удивлялась, какой легкой, совершенно ожившей себя чувствовала. Подобно действию пламени, и она начинала загораться от легчайшего прикосновения его пальцев.
– Ты прекрасна, – сказал он. – За сегодняшний вечер я уже, наверное, раз сто повторял это.
– Думаю, всего лишь девяносто семь, – игриво улыбнулась она.
Он вскинул бровь.
– Хочешь добавить недостающие три?
– Звучит заманчиво, – отозвалась Сабрина. – Но вначале, думаю, стоит немножко отдохнуть. – Она вновь положила голову ему на грудь и счастливо вздохнула, наслаждаясь ощущением правильности, которое ее переполняло: правильного выбора, правильного времени, правильного мужчины. Пусть будущее пока подождет.
– Расскажи мне что-нибудь о себе, – попросила она.
– О чем бы ты хотела узнать? – спросил он неуверенно, не совсем понимая, чего она от него хочет.
– Расскажи о своих прежних подругах, – попросила она.
Он скептически выгнул бровь.
– Ты уверена, что хочешь услышать об этом, тем более сейчас?
Сабрина улыбнулась.
– Да, именно сейчас я чувствую себя очень уверенной. У меня такое чувство, что ни одна женщина не может сравниться со мной. Я просто наверху блаженства.
– Это правда, любовь моя. Ты действительно самая лучшая женщина на свете, – мягко проговорил он, целуя ее в макушку.
– Спасибо.
– Пожалуйста.
Они немного помолчали, потом Сабрина снова попросила:
– Ну, так ты расскажешь мне?
– О других женщинах?
Может, мне не стоит настаивать, чтобы не спугнуть удачу? Может, закрыть глаза и притвориться, что у нас обоих нет ни прошлого, ни будущего?
– В сущности, у меня были серьезные отношения только с одной женщиной, но довольно долгие. Кэтрин. Она работала дизайнером по интерьеру и была очень домашней и очень интеллигентной. Вначале нам было хорошо вместе, но постепенно, по мере того как я стал продвигаться по служебной лестнице и проводить больше времени на работе, мы стали отдаляться друг от друга. Ей не нравилось, что я больше времени уделяю своим служебным обязанностям, чем ей. В конце концов она предъявила мне ультиматум: либо она, либо карьера. Я выбрал карьеру, и она ушла от меня. Вот и все.
«Вот и все». Джерри сказал это будничным тоном, но Сабрина подозревала, что он пережил это не так легко, как хотел показать. Наверняка в душе у него остались шрамы.
– Мне хотелось доказать ей, какую ошибку она совершила, – продолжил он, – бросив такого подающего надежды управленца. Я работал целыми сутками, доводя себя до изнеможения, и в результате достиг известных высот в нашей компании. Ты лежишь в объятиях без пяти минут топ-менеджера, между прочим, – с улыбкой проговорил Джерри.
Сабрина подняла голову и заглянула ему в глаза.
– Не жалеешь?
– О чем?
– О том, что предпочел карьеру любимой женщине.
Джерри помолчал немного.
– Я много думал об этом. И знаешь что? Полагаю, если бы Кэтрин на самом деле любила меня, то не предъявила бы мне такой ультиматум. Она прекрасно знала, насколько важна для меня работа.
Сабрина оперлась подбородком о сложенные у него на груди ладони.
– Значит, с тех пор у тебя почти не было личной жизни, верно? – спросила она.
– Да, ты права. Но она вновь наладилась с той поры, как я встретил тебя. – Он осторожно подбирал слова. – Ты очень дорога мне, Сабрина. Ты стала частью моей жизни.
– А ты – моей. – Она игриво лизнула его в грудь чуть пониже соска. – Так как насчет трех оставшихся до сотни упоминаний о том, насколько я прекрасна?
В его глазах вспыхнул огонек желания.
– Можешь рассчитывать на меня, красавица.
Джерри был жаворонок, а Сабрина – сова. Проснувшись, он обнаружил, что лежит на краю широкой кровати. Вспомнив прошедшую ночь, он улыбнулся довольной улыбкой, затем приподнял голову и огляделся: где же Сабрина?
Небольшая горка под простыней посредине кровати, по-видимому, и была Сабриной. Дабы убедиться в этом, он протянул руку и осторожно потрогал бесформенную горку. Горка зашевелилась. Из-под простыни раздалось невнятное, недовольное бормотание.
– Сабрина! – тихо позвал он.
Из-под простыни высунулась рука и ударила по матрасу, как будто там был будильник. Удар был таким сильным, что матрас спружинил.
Сабрина знала, как она выглядит по утрам, и не хотела, чтобы Джерри видел ее такой.
А как же совет Аманды Картер быть всегда собой? Да, в таком виде можно показаться подруге или доктору, но не мужчине, с которым провела первую восхитительную ночь.
Взлохмаченная макушка показалась из-под простыни.
– Что, уже утро? – сонным голосом пробормотала она.
– Уже девять часов, – бодро возвестил Джерри.
– О. – Ей надо придумать, как бы поскорее проскользнуть мимо него в ванную. Нужно причесаться, почистить зубы, немного привести физиономию в порядок.
Слегка повернув голову, чтобы взглянуть, не собирается ли Джерри куда-нибудь выйти, например на кухню, Сабрина обнаружила, что у нее затекла шея. Это потому, что она уснула на груди Джерри. Ужасно мило и романтично, но теперь у нее болит шея.
– Интересно, а ты всегда так спишь? Как тот еж, который сворачивается в клубок, когда до него дотронешься. Кстати, ты и похожа сейчас на маленького ежика…
В него полетела подушка. Джерри расхохотался и поймал ее.
– Между прочим, ты во сне брыкался, – проворчала она.
– Поэтому ты уползла так далеко от меня? – усмехнулся Джерри.
– Это ничуть не смешно. Если ты всегда так брыкаешься, то я буду настаивать на раздельных кроватях.
Он схватил ее за талию и рывком притянул на себя. Она взвизгнула от неожиданности.
– Согласен, но при одном условии, – сказал он. – Если каждую ночь мы будем заниматься любовью на обеих!
Сабрина попыталась вырваться из его объятий.
– Ты всегда такой счастливый по утрам?
– С сегодняшнего утра – да. А ты всегда такая ворчливая?
– Как правило. Пока не приведу себя в относительный порядок и не выпью кофе. Джерри, я знаю, что выгляжу ужасно. Пусти меня немедленно, мне нужно принять душ!
– Ты выглядишь восхитительно и ужасно сексуально, детка, и я снова хочу тебя, – пробормотал он осипшим голосом, но все же отпустил ее и, когда она вскочила, легонько шлепнул пониже спины.