Пролог
Сайл Даррэн стоял у окна. Лунный свет скользнул по суровому лицу – от шрама на виске к плотно сжатым губам, пробежался по темным волосам и юркнул в черноту за спиной. Даррэн молчал – ждал. Ветер снаружи нес пыль и песок, но здесь, за высокой стеклянной преградой, в темной комнате, было тихо.
Его взгляд оставался холодным, лишенным эмоций, когда он слушал шаги, приближающиеся к двери. Когда кто-то из Совета считал нужным встретиться с ним, это всегда происходило на его условиях. Он был Старшим Инквизитором, Свирепым Клинком, тем, кого боялись и внутри, и за пределами бастионов. Его методы были жестоки. Его репутация не нуждалась в дополнительных словах. Как его только не называли: Чистильщик, Бессердечный меч… И самое известное: Свирепый Клинок.
Даже Совет, те, кто держал в руках власть, даже они уважали и опасались Старшего Инквизитора. Зря – тот всегда четко следовал приказу. Обычно приказ был один: уничтожить аномальных. Вариации, конечно, встречались: подавить бунт, зачистить зоны Пустоши, уничтожить лидеров повстанцев. И Сайл всегда справлялся безупречно.
Дверь открылась. Вошел человек в черной мантии, с серебряной эмблемой на груди — знак Совета. Почти официальная встреча – хоть и в личных апартаментах Даррэна. Лицо гостя скрывали тени, но глаза – глаза выделялись. Это был не просто посланник. Это был голос, который отдаст приказ.
— Старший Инквизитор Даррэн, — его голос был низким, как раскат грома, — позволите?
Сайл не повернулся. Он стоял неподвижно, глядя через окно. В его глазах была сосредоточенность, будто он уже знал, что ему скажут. Но он все равно ждал. Это было его правильно — не спешить, держать дистанцию, сохранять хладнокровие. Гость вошел, притворил дверь.
— Вейр-Саари, — произнес его голос сзади. — Аномальная активность вокруг бастиона. Внутренние отряды наружных слишком малы, чтобы справиться. Сердце Вейр-Саари нестабильно, всполохи случаются все чаще. Нужна зачистка – внутри и снаружи. До восьмого круга от сектора G.
– Сколько времени? – спросил Сайл.
– На полную зачистку бастиона и прилегающих территорий – три месяца.
Даррэн нахмурился. Три месяца – слишком долго. Совет знал – он бы справился за неделю. Внутри шелохнулось что-то тревожное. Подозрение. Что-то не так? Много аномальных? Или Пустошь вокруг слишком активна?
— Подготовьте отряд, — продолжал посланник. — Все подозрительные элементы должны быть устранены.
Значит, Совет уже решил. И раз отправляют Старшего Инквизитора - в Вейр-Саари действительно неспокойно.
– Мне нужен Лард. И Жанна, – ответил Даррэн. – Три месяца – это долго. Значит, вы уже анализировали местность. И раз вам нужен я…
Гость утвердительно кивнул.
– Да. В Пустоши аномальные всплески. Незарегистрированные нестабильные. Внутри бастиона – слишком много регистраций новых аномалий. И, Даррэн… Лард погиб. А Жанна… Не готова к вылазкам за пределы бастионов. Пока не готова.
– Ясно. Их роли я закрою местными. Когда выдвигаться?
– Сейчас.
Глава 1: Травница
Я проснулась от запаха лаванды. Он тянулся с заднего стола, где сушились связки на новый настой. Лаванда — для сердца, для сна, и чтобы хоть кто-то в этом бастионе чувствовал себя живым.
Я села. Окно распахнуто. Город просыпался медленно: в дальних коридорах бастиона уже стучали каблуки патруля, где-то пиликал старый глиф-коммуникатор. Капала вода.
Я накинула тонкую рубашку, подняла волосы — и пошла ставить чай.
Комната была тесной – четыре шага – и ты на кухне. Еще два – вот и ванна. Все, что я могла себе позволить. На стенах — сухоцветы, бумажные схемы, заметки. У окна — тетрадь с записями и подписью на обложках: Кора Ленн. Это я – местная травница. Специализация: настойки, яды, снятие срывов после всплесков. Был у меня и другой талант, в современной моей реальности неприменимый - я могла видеть магию. Но скажи я об этом кому… Уже не дышала бы.
В дверь постучали. Один, два, три удара. Так всегда стучал Рейн. Мы придумали особые схемы стука – просто на всякий случай. Инквизиция стучит иначе.
— Заходи, — бросила я через плечо, не поднимая глаз.
— Доброе утро, — протянул он, проскальзывая в комнату. Светлые волосы стянуты лентой, в зубах зажат сухарик. — Ты еще не ела? Я принёс тебе нечто подозрительное – моя кудесница решилась с утра на новый эксперимент. Кора, она готовит! Завтраки! Вот, держи. Мира назвала это “булочка”. Не пробовал — боюсь.
Я улыбнулась – в этой его шутке была нехилая доля правды. Когда гениальный инженер решает опробовать кулинарию… Выходит или что-то потрясающее – или получаются очереди у дверей моего кабинета. За отваром от отравления.