Я попыталась взять себя в руки и подала ребенку ложку настоя. Он глотнул. Лицо сразу смягчилось.
И тут — звук. Скрип уличной решётки. Ходьба. Стук сапог по камню. Не шаги. Патруль. Инквизиция. Я резко повернула голову — через окно. Три тени в переулке. Бронежилеты. Глифы на плечах.
Почему обязательно сейчас?!
Я прошептала Ларе:
— Погасите свет. Закройте ставни.
— Но...
— Быстро!
Женщина подчинилась. Я поднялась, вытирая руки. Сердце стучало не в груди — в шее. В висках. В осколке.
Внезапно — вспышка в голове.
Купол. Пылающий горизонт. Вой. Не зверей - магии. Огонь. Пепел. Крик: «…Беги!…». Темные помещения. Все мелькало перед глазами. Я ощутила жар, боль, дрожь…смерть? Сложно дышать. Я не могу…
Сильные руки. Мужские. Пронзающий взгляд.
Я моргнула. Комната перед глазами. Свет исчез. Что?..
Мальчик приоткрыл один глаз и окинул меня внимательным взглядом. Произнес едва слышно:
– Тетя Кора… Глаза светятся, спрячь.
Лара прижала его голову к груди. Я почти перестала дышать. Снаружи шаги остановились. Один из дозорных сказал:
— Здесь… что-то было. Аномальная магия.
Второй отозвался:
— Нестабильный ребенок – кристалл слабовато реагировал. Можем продолжить поиски на шестой линии.
— У нас приказ. Проверим все равно, – первый упрямо не согласился. Я мысленно взмолилась.
– Кристалл пока погас. Давай потом – может, сиюминутная вспышка.
Шаги стали отдаляться – и через несколько секунд исчезли совсем.
Я опустилась на стул. Выдохнула. Села медленно. Пальцы дрожали.
Лара прошептала:
— Что это было?..
Я не ответила.
Потому что не знала.
Глава 1: Ржавая нить
Когда я говорю «Ржавая Нить», я имею в виду не тросы нижних ярусов, а таверну.
Она пряталась в закутке восточного сектора — старое кирпичное здание с железными арками, облупленным глифом на входе и вечным дымом от жаровен. Столы здесь не скрипели — они ворчали. А лавки оставляли занозы на пятой точке и даже самой грубой рабочей одежде. И всё равно все шли сюда. Потому что это было одно из немногих мест в Вейр-Саари, где можно было дышать — и где тебя не спрашивали, стабильный ты или нет.
Мы сидели в углу, за столом под фонарем с трескающимся светом. Рейн подлил мне настоя, который выдавался здесь за чай, а сам откусил от круглого изделия, лишь слабо напоминающего лепешку. Мира оценивающе посмотрела на это действо – и тоже протянула руку к корзинке. Её ладони были покрыты ожогами от магических стабилизаторов — и каждый след был ей гордостью.
— Девушки, у меня для вас новость, — сказал он, развалившись, — Сплетня года! Слух века! Ну и в целом – мысль на подумать. Пока вас ждал, невольно подслушал, – Рейн кивнул на соседний стол. Те заметили, нахмурились, но друг отсалютовал им кружкой, как бы предлагая выпить за их здоровье. Хмурые лица осветили улыбки. Рейн кивнул и повернулся снова к нам. – Так вот, наружные болтали, что к нам скоро прибудет элитный отряд. Из самой столицы. Столичный эшелон, Кора. Представляешь? Броня с вышивкой, глифы синхронизированные, магические каналы нового образца.
— И что? — хмыкнула я. — Поглядим на них издалека, выпьем за их зарплаты и прикупим новых замков на двери?
– Кора! Это же от Совета. От… – Мира понизила голос и наклонилась к нам ближе. – От Инквизиции!
– Тем более, тогда точно лучше смотреть издалека. Или вообще не смотреть. А пить скорее уж за то, чтоб они не доехали…
— Вы обе как всегда – ужасные пессимистки. Не видите возможностей, которые сами идут к вам в руки! — подался вперёд Рейн. — Ребята вон минут десять обсуждали, как попасть в отряд. Говорят, будут места – нужны следопыты и бойцы. Ну и те, кто не очень боится Пустоши, конечно. А платят там – закачаешься. Опасно, конечно, но это же шанс!
— Шанс умереть быстро и почти безболезненно? – ласково спросила Мира.
— Шутить смешно ты пока не научилась, – обиженно буркнул Рейн. – Помирать необязательно. Особенно если… – быстрый взгляд на меня. – …если Пустошь и так тебя зовет. Вряд ли с теми, кто может ее понимать, случится что-то плохое.
— Зато с теми, кто присоединяется к Инквизиции – случается. — и я добавила, шепотом: — Особенно с аномальными Инквизиторами.
– Оксюморон! – хохотнул Рейн. – И наружный – не Инквизитор. Наружный – это…это как пират. Романтика большой дороги и все такое. Ну и куча денег. А я пока за лавкой присмотрю – надо же где-то таланты травника применять на всю мощь. Глядишь – вернешься, а у тебя уже целая травническая империя вместо маленькой лавки…
— Нет, — отрезала я.
— Ну, Мира, скажи ей! — ткнул он локтем подруге.