Свет погас. Девочка исчезла. Словно ее и не было.
— Здесь ничего больше нет, — сказал он. — Только оболочка. Нам нужен центр. Идем дальше.
Дрейна первая вошла в следующий проход, не дожидаясь приказа. Миро шел за ней, и его лицо сияло. Он не испугался. Он был... восхищен. Как будто увидел свои самые счастливые сны, ставшие реальностью.
Я же замерла, все еще ощущая где-то внутри ту тень, которая говорила со мной моим голосом. И ее слова эхом звенели в ушах.
Ты ушла. Ты забыла.
И я откуда-то знала, что это правда.
***
Мы двигались дальше. За командиром. Переходы стали уже, стены — гладкими, влажными, как будто вся конструкция – живой организм, и мы шли по его пищеводу. Магия не просто ощущалась — она слышалась, как пульс, спрятанный под слоями камня. Пространство снова начинало ломаться: шаги становились короче, дыхание — прерывистее, время будто отставало на мгновение.
Даррэн шел первым, как всегда. Его фигура — вытянутая, прямая, в черной броне без украшений, только эмблема отряда на плече и встроенный амулет — гаснущий в каждой зоне, как будто комплекс не признавал его полномочий. Он снял плащ, оставшись в плотной рубашке, подогнанной четко под него. Темные волосы казались седыми - пыль покрывала их, кожа — бледная, но не от слабости, а от бесконечного нахождения вне человеческих зон. Иногда мне казалось, что наш командующий – вообще не человек. Просто воинственная статуя.
Он не говорил со мной с того момента, как мы вошли в капсулу. Но шел ближе, чем обычно, как будто я — навигатор, а не просто следопыт. И, может быть, я и была. Только не по маршруту. А по ощущению.
Я шла следом, чуть сзади. Форма натерла под ремнем, кожа на висках вспотела под фиксатором дыхания. Я чувствовала, как напрягаются плечи — и не от веса, а от ощущения, которое не давало дышать полноценно, не позволяло думать только о вылазке. Не с ним — не рядом с ним.
— Ты в норме? — голос Даррэна прозвучал неожиданно. Не резкий. Человеческий... живой.
— Да, — отозвалась я. Голос сорвался чуть ниже, чем хотела. Он кивнул. Не остановился.
— То, что было в капсуле, тебя задело, — продолжил он. Не спрашивал. Констатировал.
— Меня все задевает, — ответила я. — Но это ничего.
Он обернулся на полшага. Его глаза — светло-серые, без радужки, если смотреть при слабом свете — словно пустота в зеркале. Сейчас они были спокойными. Но не холодными.
— Ты держишься. Лучше, чем некоторые мои бойцы после трех вылазок.
— Может, я просто хорошо играю, — сказала я.
На губах Даррэна мелькнуло нечто вроде усмешки. Настоящей. Это вызвало где-то внутри кроткий всполох изумления. Я уняла его.
— Хорошо играешь.
Он отвернулся, вновь посмотрел вперед.
— Но не лжешь. Не умеешь.
Я не знала, что ответить. И не успела.
Перед нами открылся зал.
Центральная камера. Потолок — выше, чем в предыдущих. В центре — платформа, а на ней — нечто, напоминающее сердце. Огромное, гладкое, светящееся изнутри. Оно не билось. Но издавало вибрацию, как от гудения старой магической турбины. И вместе с этим — тишину, будто весь воздух замирал, чтобы не мешать.
Мы замерли у края.
Миро прошел вперед нас, окинул взглядом зал. Его глаза горели.
— Это узел. Центр всех этих сигналов. Это... связующее звено между аномалиями последних лет. И… Он не разрушен. Он… работает.
— И ждет, — прошептал Арей.
Я увидела, как пальцы Даррэна на мгновение напряглись на эфесе. Почти незаметно. Но я заметила. Он волнуется.
Он подошел ко мне ближе, так, чтобы никто не слышал, и тихо сказал:
— Я хочу, чтобы ты осталась рядом. Пока. Если оно активируется — мне нужен кто-то, кто его чувствует.
Он замолчал. Потом:
— И кто его не боится.
Я подняла на него взгляд.
— Я боюсь, — призналась я. — Но если оно заговорит — я услышу.
Он кивнул.
— Именно.
И в этот момент сердце зала вспыхнуло. Один раз. Как пульс. И я поняла — оно знает, что мы здесь.
Глава 5: Узел памяти
Свет вспыхнул неярко — без жара, без ослепления. Просто всё вокруг замерло на одну бесконечно длинную долю секунды. Воздух перестал двигаться. Стены будто втянулись внутрь. И я почувствовала: сердце зала активировалось.
Оно не заговорило голосом.
Оно вспомнило.
Первое, что я увидела, — не глазами. Купол. Высокий, сияющий. Но не бастионный — другой. Бледно-золотой, сплетенный из арок и света. В нем ходили люди. И среди них — я. Только не я. Другая. Не Кора Ленн, а… Эйла.