Но сейчас… я просто шла. Дышала. Жила.
Потому что выбора у меня не было. Я наконец перестала делать вид, что он есть.
***
До первой точки я добралась на изломе второй фазы солнца, когда свет уже не греет, но еще не отпускает. Все вокруг будто стекало, как воск со свечи: неровные тени, удлиненные тучи, мертвый пейзаж, живущий только потому, что никто не приказывает ему умереть. Я шла с выверенным ритмом — не по привычке, а по необходимости. В этом ритме скрывалось мое единственное равновесие.
Форпост возник неожиданно. Сначала — торчащая антенна, давно сломанная и выжженная в середине. Потом — кромка стены, наполовину вросшая в камень, как будто пост пытался скрыться под землей, но не успел. Он был небольшим — старый исследовательский блок на две комнаты и зал фиксации. Без охраны, без системы сигналов, без тепла. Но он все еще стоял. И этого было достаточно.
Я вошла осторожно. Проверила магический фон — ничего активного. Только усталое, полураспавшееся поле, которое больше напоминало запах пыли, чем защиту. Внутри было прохладно, пахло железом и тлением, но стены держались. Я оставила рюкзак у двери, разложила карту на панели, достала фильтр, заклинивший в нижнем отсеке, и села на край бывшего командного поста. Колени ныли, руки гудели. Но я уже была здесь.
Я развернула карту. Путь дальше был неочевидным. Первая точка – форпост – понятна. Привал, перевести дыхание, уйти подальше от преследования, если оно было. А дальше – я видела только пустоту. А может быть — именно то, что мне нужно. Сердце колотилось от напряжения. Когда я покинула Вейр-Саари, была уверена – магия поведет меня. Но вот оно – я в Пустоши, вокруг – полно залежей магии, а я…не знаю, в какую сторону сделать следующий шаг. Я все еще шла вперед, но впервые за долгое время не была уверена, что не сверну.
— У тебя карта старая, — раздался голос за спиной.
Я вскочила. Рука автоматически метнулась к кинжалу. Разворачиваясь, я уже считала возможную дистанцию до двери. Но он не стоял в боевой стойке.
Парень, лет на пять старше меня. Каштановые волосы, короткие, запыленные. Смуглая кожа, щетина, тканевый шарф на плече, потертая куртка с символом распавшегося отряда, который давно вычеркнули из активных. Лицо — усталое, но спокойное. Не угроза. И не равнодушие.
— Я не враг, — сказал он, подняв руки. — И у меня здесь свой вход. Много старых тоннелей, кстати, на твоей карте их нет. Я искал укрытие, как и ты.
Я не опустила руку сразу. Смотрела в глаза. Он не отвел взгляда.
— Кто ты?
— Тот, кто ушел. Год назад. Из Вейр-Саари. Меня звали Вейс. Сейчас просто В. Ты не из тех, кто попадает сюда случайно. Ты тоже ушла?
Я кивнула. Осторожно. Он присел рядом, но не слишком близко.
— Ты думаешь, что одна. Мы все так думали. Пока не начали пересекаться. За пределами. Здесь не пусто. Просто тех, кто ушел, не ищут. Потому что боятся, что мы уже не просто нестабильные. Мы — другие. Ну, или считают, что померли. Что Пустошь забрала. Только вот Пустошь своих не “забирает”. Она нам…рада.
Он говорил без пафоса. Просто. Как человек, который уже принял все, что может произойти.
— И таких, как ты, — он посмотрел на меня чуть внимательнее, — больше, чем ты думаешь. Только все идут в разные стороны. Потому что не знают, где центр.
Я кивнула. И впервые за весь путь ощутила, как внутри отпустило.
Я не знала, кто он. Но он не лгал – я чувствовала. И это было, пожалуй, единственное, что сейчас имело значение.
Глава 7: Части правды
Сайл Даррэн
Я всегда знал, что он знает. С первого дня. Он был слишком чуткий, слишком внимательный, чтобы не замечать, когда человек носит маску. Но не из тех, кто срывает ее. Он просто ждет, пока ты сам решишь задохнуться.
Я вызвал его без официального запроса. Просто хотел поговорить. Он вошел спокойно, с усталым лицом и тем внимательным, почти спокойным взглядом, в котором всегда скрывалось больше, чем он готов был сказать. Он сел напротив. Не спрашивал, зачем. Он ждал.
Я не церемонился.
— Ты знал, что она бежит. И не сообщил.
Он кивнул, как будто я сказал что-то вроде "сегодня вторник".
— Не бежит. Уйдет. И да. Знал.
— Почему?
Он посмотрел на меня. Ровно. Прямо. Без напряжения. Без страха.
— Она все равно ушла бы.
Я молчал. Не потому что не было слов. Потому что они были — слишком простые. Я не хотел говорить просто. Хотел понять. Но Арей спросил первым: