Огненная петля взвилась в небо. Свет, густой, как кровь. Глифы начали распадаться. Инквизиторы пошли вперед — и тогда… началось.
Даррэн двигался, как шторм. Меч в его руке был продолжением мысли. Он не убивал — он отсекал жизнь. Лишал дыхания. Мгновенно. Без ярости. Без злобы. Чисто. Четко.
А рядом — магия Эйлы взорвалась. Она не атаковала. Она ломала пространство, заплетала врагов в корни, поднимала с земли щиты из света. Я впервые видел такую силу — не как оружие, а как мир, в котором врагам не было места.
Их было много. Но Инквизиция не могла ничего сделать против этих двоих. Я чувствовал, как магия поет, как сама земля отзывается, как пепел под ногами сгорает — и остается только пульс. Только ритм. Только они.
Битва была короткой. Не из-за слабости врага. Из-за мощи того, что встало против него.
А потом — тишина. Только шаги. Только дыхание. Даррэн стоял, чуть дрожа. Я впервые видел его таким. Кора…Эйла держала его за запястье. Даже Миро с Дрейной за моей спиной не двигались, замерли, наблюдая. Все мы были заворожены этим моментом.
Слияния. Гармонии. Баланса воли и огня.
И я знал: что бы ни ждало нас за этими стенами — это уже не та война, что началась в Лейваре. Это — новый виток. Где не магия разрушает людей. А люди должны спасти магию.
Глава 11: Эти двое
Сайл Даррэн
Я никогда не думал, что магия может пахнуть жизнью. А сейчас она пахла ею.
Все вокруг было мертвым — земля, исполосованная глифами и следами битвы. Тела в броне, часть из них все еще дымилась. Глифы на их наплечниках погасли. Воздух был тяжелым, но в нем больше не было смерти.
А она…
Стояла посреди всего этого. Ветер трепал ее волосы. Кожа была в пыли, губы потрескались, пальцы еще дрожали после всплеска. Но она была жива. И цела. И… боже, какая же она была настоящая.
Я не двигался. Даже не отряхнулся. Все, что я знал — она рядом.
Моя ладонь все еще помнила ее силу. Ее магия прошла сквозь меня — и не разорвала. Она приняла меня. И я принял ее.
— Эйла, — сказал я, и сам не понял, с чего начал.
Ее имя дрогнуло на языке, как молитва, которую слишком долго держал внутри.
Она подняла на меня взгляд. Там не было страха. Не было обиды. Там была ясность. Понимание. И…
Мои шаги были медленными. Каждое движение — осознанное. Я подошел к ней, и остановился в полушаге. Ближе нельзя. Или… можно?
— Ты… — голос сорвался. Я выдохнул. — Все это время. Ты знала?
Она покачала головой.
— Нет. Только чувствовала.
Я хотел сказать ей многое. Об осколке. О Лейваре. О том, как вспоминал ее шаг за шагом. Как чувствовал пустоту — и не понимал, чего не хватает. Что только ее имя объяснило мне все.
Но я не сказал ни слова. Просто протянул руку.
И она взяла ее.
Эйла Вольмарис
Он стоял так близко, что я чувствовала, как дышит его кожа. Запах пепла. Сталь. И то странное, родное — что я помнила с детства, но забыла, потому что меня заставили забыть.
Сайл Даррэн.
Моя первая встреча со страхом.
Мое первое имя, которое кто-то шептал с дрожью.
А я теперь не могла засыпать без этого имени.
Тот, кто когда-то вытащил меня из огня.
Он стоял рядом. Уже не в броне Инквизиции. Не с клинком. А просто. Как человек.
Я посмотрела на его лицо — угловатое, иссеченное. Шрам на виске. Морщинка между бровей — та, что появлялась, когда он думал. Глаза больше не были сталью. В них горело что-то… похожее на мою магию.
— Ты правда думал, что я тебя не вспомню? — спросила я. Тихо.
Он сжал губы. Но не отвел взгляда.
— Я думал… что мне не дадут тебя вспомнить. — Он смотрел в меня, не сквозь. Внутрь. — Потому что, если бы я вспомнил — я бы не смог тебя отпустить.
Сердце билось так, будто в груди два Сердца сразу. Мое. И его. Даже если его вычеркнули из мыслей, из сознания, из памяти… Сердце помнило. Оно не могло забыть.
Я сделала шаг. Он не шелохнулся.
— Я боялась тебя, — призналась я.
— Я боялся себя, — признался он. — До этой секунды.
Я протянула руку и коснулась его шрама. Он не отстранился.
— Это я сделала?
— Ты. В библиотеке. Когда тебя поймали с запрещенной книгой. Ты метнула чернильницу.
Я засмеялась сквозь слезы.
— Прости.
— Ни за что.
Он положил ладонь на мою.
— Мне кажется, — сказал он, — мы можем перестать бояться.
Я кивнула.
Все, чем мы были. Все, что мы потеряли. Все, что нам предстоит — осталось где-то сзади. А впереди был бастион. И что бы ни ждало нас в Вейр-Саари — мы шли туда не порознь.