Голос целого рода, единого, сильного.
Голос Баланса.
Голос, который говорил: "Не разрывай себя. Сохрани. Сотвори. Не отдай."
И Сердце — не отдало.
Оно — вдохнуло.
Из магии, боли и оставшейся веры — выкристаллизовался импульс. Не разрушение. Не отпор. А создание.
Это было не рождение — скорее спасение.
Сгусток, капля, вспышка, которую нужно было бы выбросить в небытие... осталась.
И стала формой.
Формой — и душой.
Я почувствовал, как в груди кольнуло. Моей. Моей душой.
Не из воли мага. Не из ритуала. А из боли и любви.
Я появился без имени. Без памяти. Без истории.
Я не был предназначен жить.
Но жил.
И в тот миг, когда вспышка магии — в центре великого Лейвара — осела пеплом...
…раздался крик.
Первый вдох. Первый звук. Мой.
Кто ты, мальчик?
Все тот же зал. Все тот же день.
Арки. Камень. Свет — блеклый, как будто сам воздух боялся разгореться.
Сердце Лейвара спало. Его пульс был почти неразличим. Оно дышало — но это было дыхание после раны, не до нее. Я чувствовал в нем боль — но и упрямую силу. Оно держалось. Оно верило.
Я стоял в стороне, но одновременно — был в самом центре. Как дух, застрявший между мирами. Я не мог пошевелиться. Только смотреть. И я видел, как тень скользнула вдоль стены.
Он шел медленно. Осторожно. В дорожной ученической мантии, будто сбежал с уроков. Кеар. Мой брат. Мой… создатель?
Он был моложе. Лицо — с жесткими линиями, но не изломанное ни временем, ни болью. Пока еще нет. В нем было… возбуждение. Нет, не радость — азарт. Открытие. Он шел, словно знал, что найдет здесь что-то важное.
Я видел, как он подошел ближе к Сердцу. Как замер.
Как склонился.
И я снова услышал крик.
Детский, пронзительный.
Брат вздрогнул. Осторожно, с непонятной нежностью, поднял что-то с пола. Сверток. Каплю ткани и сияния.
Ребенка. Мальчика. Меня.
— Что здесь… — прошептал он. Его голос — я помню его другим. Властным. Режущим. А здесь… он почти ласковый. Почти…
Он сел на пол. Качал меня, как будто не знал, зачем это делает. Его магия прошла по воздуху, ощупывая ткань реальности, как пальцы сквозь пыль. Я почувствовал, как вокруг нас сгустился приказ. Он закрыл все. Запечатал.
Кеар пошевелел пальцами - и магия направилась ко мне. Но – не тронула. Остановилась. Будто между детской кожей и ею стоял невидимый глазу барьер. Она склубилась, запуталась и – в конце концов распалась.
— Что ты такое... — Он говорил уже тише. Не мне. Себе. — Ты… не человек. Я чувствую. Ты другое. Но ты… ты идеален.
Он не отдал меня ни травникам, ни медикам. Не отнес в лечебницу или в дом детей. Он не отдал меня даже Совету и Инквизиции. Он унес меня — и с этим жестом… переписал судьбы.
Магия искривилась. Я видел, как он вошел в чужой дом. Чужой - не для него. Для младенца, рожденного дыханием Сердца.
В доме были двое - и я помнил их лица. Только здесь, в видении, в воспоминании – оба молоды. Счастливы.
Мама. Отец.
Кеар тепло улыбнулся обоим. Непонимание отразилось на лице матери, но Кеар подошел ближе со свертком на руках – и коснулся указательным пальцем ее лба. Отец стоял молча… Я не сразу понял, что магия брата его усыпила – мужчина спал стоя, не двигаясь.
— Мама… У вас с отцом еще один сын. Вот он, смотри. Я принес его из детской. Держи, мама. Ты любишь его. Своего Сайла.
Мать бережно взяла меня на руки. В ее взгляде отразилась искренняя, настоящая любовь… которая была порождением магии.
Затем Кеар подошел к отцу, приложил пальцы к его вискам. Что-то прошептал. Отец вновь двинулся – но не к Кеару. К младенцу.
– Сайл… – отец приобнял мать. Так они и стояли – мои…названные родители и брат, который не был мне братом.
— Наш Сайл… Он станет великим.
Детские игрушки
Воспоминания менялись, будто заново проявляясь в моей памяти.
Новое пришло мягко. Сначала — свет. Рассеянный, теплый. Ткань штор на ветру. Голоса за стеной.
Мама — смеется.
Папа — напевает.
Имя, которое они повторяют с такой любовью, что оно становится воздухом.
— Сайл.
Я — тот, кто сидит на полу, окруженный деревянными фигурками. Солдаты, башни, звери с крыльями. Мне — лет пять. И я не знал, что такое магия. Я просто строил города. Из игрушек. Из палочек. Из блоков и сказок. Руками, только ими. Ни единого магического всплеска или всполоха.
Я вижу это все как в воде. Настоящий я — в углу комнаты, наблюдаю за собой. За тем, кем я был. Я знаю, что эти руки вырастут в руки воина, а этот взгляд станет холодным. Но сейчас — я строю дом. Я создаю, не разрушаю. И смеюсь.
Тихо приоткрылась дверь. В дом ворвался прохладный воздух. Пришел старший брат – и маленький Сайл побежал к нему навстречу. Я вспомнил эту детскую, слепую любовь. Кеар, старший брат, герой для маленького меня. Пример. Ориентир.