Побежденно выдохнув, Лука поспешил на кухню, приглашающе махнув мне рукой.
Я проследовала за ним по короткому коридору и, сев за стеклянный столик у окна, виновато взглянула на парня, развязывающего ленту на коробке. Он стоял у светлого кухонного гарнитура с вензелями и упорно молчал.
— Прости меня, Лука. Я не хотела тебя волновать.
Бойфренд распаковал угощение, достал из кухонного ящика нож и, отрезав два кусочка, на тарелках поставил их на стол.
Обычно оживленный Лука сделался мрачнее тучи, и я поняла, что нас ждет серьезный разговор.
— Не хотела волновать? — тихо повторил он, садясь на стул. — Альма, ты пропала на целую ночь, а из объяснений одно жалкое смс о плохой связи в поместье местного Франкенштейна.
Я вдруг ощетинилась, едва не зашипев, как кошка.
— Не называй Эрика так.
— Ах, уже «Эрика», не месье Дюбуа, — Лука воткнул вилку в нежный бисквит и тут же ее отложил, не попробовав ни кусочка. — И как глубоко вы погрузились в ностальгию за ночь?
В ушах зашумело. Разозлившись на столь неподобающее замечание, я отодвинула от себя торт и резко встала, чтобы выйти на балкончик, расположенный сбоку от кухни. Странно, но раньше Лука никогда не вел себя столь ревностно. Впрочем, стоит сказать в его защиту, что и я не пропадала на целую ночь.
Надежда, что весенний ветерок остудит распаленные нервы и мне не придется кидаться в парня едой, придала стимул двигаться быстрее. Уже через минуту я стояла, облокотившись на перила, и любовалась тихим озером, поблескивающем в оранжевом свете заката.
Лука вышел следом, неловко взъерошивая свои светлые волосы на макушке.
— Аля, прости, я перегнул палку. — Лука вторя мне оперся о перила, и его плечо коснулось моего. Мускулистое тело парня облегали серая футболка и легкие домашние брюки, поэтому он вздрогнул от первого порыва ветра. — Ты так неожиданно исчезла, а когда я узнал от Натали, с кем ты была… Признаю, заревновал. — Лука опустил взгляд серых глаз на свои загорелые мозолистые руки, сжимающие перила. — Назови меня глупцом, но тяжело оставаться невозмутимым, когда ты проводишь ночь в доме одного из самых богатых и влиятельных мужчин Парижа. А я по-прежнему вечерами просиживаю твой диван, а не брожу с вином по особняку в леопардовом халате и впахиваю доставщиком и официантом в две смены, пока ты становишься лучшим флористом города и окружаешь себя знаменитыми людьми.
Я в недоумении повернула голову на Луку. Что-то болезненно задело в его речи, будто он ревновал не меня, а свою упущенную возможность хорошей жизни.
Бойфренд не знал о моем совместном прошлом с Дюбуа, и его вечный пунктик, что он меня не достоин, кажется, вышел на новый уровень. Чтобы не усугублять ситуацию, я попыталась вырулить с полосы обвинений.
— Между мной и Эриком сугубо рабочие отношения. Он нанял меня восстановить сад, тебе нечего переживать. А что касается всего остального… — Я перевела дух, наполняя легкие ароматом цветущей под балконом вишни. — Я знаю, как ты стараешься, Лука. Не каждый парень, выходец из небольшой деревушки, способен перебраться в Париж, не имея за плечами ни опыта работы, ни образования.
Лука сжал губы в тонкую напряженную линию, и занервничал. Он не любил вспоминать о тяжелом прошлом. Но я не считала провинциальность и отсутствие высшего образования слабостью. Наоборот: Лука отказался от учебы, чтобы ухаживать за больной матерью, а после ее смерти год назад приехал сюда. Времени сдавать экзамены и учиться у него не оставалось: нужно было содержать себя и младшего брата. Он пришел ко мне в магазин, ища работу курьером, так мы и познакомились.
Я встала на цыпочки, чтобы чмокнуть Луку в щетинистую щеку. Под глазами парня залегли синяки от усталости, наверное, он не спал всю ночь, и меня укололо острое чувство вины.
Вязав Луку под локоть, подтолкнула его обратно в кухню, чтобы он не мерз. Он ответно поцеловал меня в макушку, заставляя сердце биться чаще.
— Просто в следующий раз держи меня в курсе своих планов, ладно? — Лука смягчился. Я подняла на него кокетливый взгляд, и между нами заплясало напряжение. Мускулистые руки легли на мою талию, прижимая к груди, и порог кухни мы переступили жарко целуясь.
— Фу! — разрезал пространство чужое восклицание.
Испугавшись, мы резко отпрянули друг от другу. Я стукнулась лбом об косяк двери и охнула, а Лука, точно уличенный в воровстве, застыл.
За столом, с аппетитом доедая наши сваленные в одну тарелку кусочки торта сидела Натали. Она закатала рукава розового пуловера до локтей, точно готовилась к марафону по поеданию сладкого.