Он говорил о цветке, но теперь эти слова отзывались в душе иначе. Возможно, Эрик имел в виду не вещи, а людей? Ведь для того, чтобы спасти кого-то, нужно уметь жертвовать самым дорогим.
Если так, то мы были похожи больше, чем я того хотела…
— Готово? — в проеме кухни появился высокий силуэт Эрика.
Попкорн подтверждающее трескнул, и я отставила сковородку с накалившейся плиты. Быстро пересыпав лакомство в стеклянную миску, заранее извлеченную из шкафа, развернулась к Дюбуа.
— Да, а у тебя?
Эрик молча кивнул и растворился в дверном проеме, будто его поглотила сама тьма коридора. Мне ничего не оставалось, как крепче прижать к груди теплую миску и последовать за ним в разинутую пасть мрака.
Шустро преодолев расстояние от кухни до гостиной, располагающейся в левом крыле на первом этаже, я облегченно выдохнула. Как и в прошлый раз, особняк скупо освещали канделябры, отбрасывая на потертые половицы причудливые тени. Я изо всех старалась не смотреть в строну другого коридора, ведущего к сердцу «Фантома». Но его злая аура манила меня, как манят своей непостижимой красотой ядовитые цветы.
— Альма? — окликнул меня Дюбуа, не позволяя податься искушению, и взглянуть в лицо страхам, впав в уныние.
Я обратила внимание на него. Эрик стоял посреди гостиной, подсвеченный по силуэту синими бликами от огромной плазмы, висевшей напротив п-образного дивана.
Тяжелую деревянную мебель и готический интерьер облегчали панорамные окна с видом на террасу, но сейчас из-за дождя их стекла казались мутными.
Дюбуа успел сменить деловой костюм и белоснежную рубашку на домашние широкие синие штаны и идентичного цвета футболку, показывающую его выпирающие бицепсы и шрамы.
Я зарделась, пялясь на него.
— В ту ночь тоже шел дождь… — Не знаю, что именно меня заставило наступить на нашу общую «болезненную мозоль», но слова обогнали здравый смысл.
Эрик перевал взгляд на окна, но смотрел далеко сквозь стекло.
— Верно. Идеальное время, чтобы пробраться в «Фантом» и остаться не пойманным полицией, которая вовремя не успеет приехать. Многие ли знали о данной особенности нашего имения?
Вопрос не казался риторическим. Но отвечать я не спешила. Прошлепав к журнальному столику возле дивана, взгромоздила на него попкорн и попыталась сменить тему:
— Ты смотрел первую часть, или можем начать со второй? — Пожевывая губы, я старалась скрыть тревогу и казаться осведомленной в делах ужастиков. Хотя больше чем мерзких насекомых я ненавидела подобный жанр кинематографа.
— Давай со второй. Если честно, у меня нет никакого желания пересматривать сначала шедевр хоррора двухтысячных. — Эрик показал пальцами кавычки и плюхнулся на диван, растянув руку вдоль спинки.
От замешательства я почесала затылок.
— Тогда зачем смотреть то, что не нравится? — Я опустилась на другой край дивана и закинула ногу на ногу, покачивая ей в воздухе.
— Ну как же, ты ведь сама говорила, что просто обожаешь подобные фильмы. — Голос Эрика полнился насмешкой, он потянулся за пультом к столику и нажал на «плей». На экране вспыхнула заставка с девушкой-трупом, лицо которой скрывали переброшенные вперед черные волосы.
Я шумно сглотнула, предвкушая несколько часов ужаса и притворства, и, словно издеваясь надо мной, от оглушительного раската грома задребезжали окна.
Эрик неестественно выпрямился, а потом застыл. Я наблюдала за ним краем глаза, пока на экране главная героиня фильма убегала от преследующей ее полумертвой девушки.
Дюбуа, почувствовав мой заинтересованный взгляд, пошевелил плечами, точно сбрасывал с них напряжение и вдобавок хрустнул шеей.
— Ты начал бояться грозы? — необдуманно спросила я, сев боком, чтобы лучше видеть Дюбуа.
— Не говори ерунды, Альма, — раздраженно бросил Эрик и отвернувшись достал небольшую коробочку из кармана штанов, высыпав ее содержимое в рот. — Витамины, — так же холодно дополнил он и спрятал серебристую упаковку обратно.
Пришлось вновь сделать вид, что я заинтересована фильмом, чтобы не выдать свое замешательство.
Последующие полчаса просмотра проходили без особенностей. Эрик придвинулся ближе, чтобы мы могли разделить попкорн, поставленный между нами на диване, а я продолжила мельком за ним наблюдать.
Он едва заметно вздрагивал при очередном раскате грома и крепко сжимал челюсть до выпирающих желваков. Я и сама пару раз громко охала и закрывала лицо руками, когда на экране под аккомпанемент резких звуков природы происходила жуткая сцена с полутрупом из колодца.