— …на попытку устраивать династические браки? Для всех, включая Афонсу? Я не имею ничего против Авериной, но, еще раз, не расстраивайся сильно, когда Афонсу в очередной раз приласкает тебя так, что стены от возмущения вздрогнут. А пока… — Криштиану оглядел залитый солнцем берег, — слетай-ка до ближайшего городка, возьми вина и чего-нибудь перекусить.
— И оставить вас одного?!
— Педру, я смогу провести в одиночестве три минуты. Лети, и себе тоже возьми чего-нибудь.
Бештафера поклонился и исчез. Криштиану поднялся и медленно пошел вдоль берега, высматривая наиболее удобное для спонтанного пикника местечко, и думая, что на пенсии он все-таки будет скучать по той трогательной преданности, с которой главный ментор Коимбры стремится служить своим «королям».
Глава 9. Интриганы. Часть 2
1991 год, март, Коимбра
Она оказалась… другой. Способность людей изменяться так быстро всегда удивляла, казалось, что постоянство вообще чуждо этим созданиям. С другой стороны, их жизнь так коротка, что формировать постоянство почти бессмысленно. Особенно в юности. Педру привык к этому за столетия менторства, но все равно переменчивость каждый раз завораживала. А в случае Веры так и вовсе намертво приковывала взгляд.
Педру достал из центрифуги образцы и внимательно посмотрел на результат, механически записал наблюдения. Он уже не работал, он просто ждал. Как всегда в субботний вечер…
Вера приходила в лабораторию дважды в неделю. Сначала он определил один день. Вторник. Но быстро понял, что придется уделять больше времени. И велел девушке выбрать еще один вечер.
— Суббота, — сходу выдала она.
Он внимательно посмотрел на нее. Колдунья прищурилась и улыбнулась.
— Хорошо. Суббота, — спокойно согласился он, отказываясь замечать намеки и попытки задеть.
Она быстро училась… и быстро менялась. И порой пугала своей отчаянностью и безрассудством. И увлеченностью. Странной безуминкой, сверкающей в глазах. Она неуловимо напоминала о чем-то… или о ком-то…
— Я придумала! Я знаю, как еще можно отработать взаимодействие! — Вера влетела в пустую лабораторию, каблуки гулко застучали по полу.
— Как? — ментор поднял голову и увидел перед собой широко распахнутые глаза и безрассудную улыбку.
— Давайте подеремся!
А… вот кого она ему напоминает… Педру зашелся смехом так, что пришлось отложить пробирки в сторону.
— Я не буду с вами драться… Я, видимо, и так уже плохо на вас влияю.
«Что на самом деле очень даже хорошо…»
Способности девочки проявлялись тем явственнее, чем ближе он подпускал ее к себе, чем больше делился своим. Русалка как губка впитывала не только знания, но и взгляд, отношение… силу…
— Ментор! Это же такая… такой пласт! — Вера подняла руки, изображая боксерскую стойку, и рассмеялась. Педру чувствовал исходящее от нее веселье и возбуждение. А еще запах вина…
— А у вас разве не должна была сегодня состояться практика на полигоне, вы еще не надрались?
— Не надрались… или надрались, но чуть позже… — она хихикнула, — простите… практика была, а потом ментор рассказывал про чайную церемонию… и студенты вдруг захотели устроить чаепитие. Оказывается, у вас есть такая традиция… праздновать окончание зимы чаепитием, я не знала, у вас же тут и зимы толком нет…
— А-а, — понимающе протянул Педру, — знаменитое японское чаепитие по-португальски. И вы, что же, не заметили, что студенты подливают в этот чай?
— Я заметила, — она запрыгнула на стол и заболтала ногами, — но проигнорировала. Очень уж мне разрекламировали этот ваш… Прт…Порт..
— Портвейн.
— Во!
— Разве мама не учила вас, что алкоголь — это плохо? — Педру покачал головой и достал из ближайшего шкафа бутылку и стакан.
— Что это? — Вера поморщилась от резкого запаха, когда Педру протянул ей лекарство.
— Чародейская настойка. Местные ученые пьют ее, когда перебирают с алкоголем.
— Вы что разрешаете своим работникам пить?
— Я бы запретил, будь у меня хоть малейшая возможность это сделать, но они все в один голос утверждают, что работать со мной без бутылки портвейна невозможно.
Вера улыбнулась.
— Они врут, — глядя ей в глаза сказал Педру. — Пейте. Вкус мерзкий, но это тоже будет вам уроком.
Она приняла стакан и послушно начала пить, продолжая болтать ногами. Педру стал быстро убирать разложенные приборы и записи, не выпуская из поля зрения колдунью. Когда он подошел к столу, на котором она сидела, Вера усмехнулась и протянула руку к его голове.