Миша… Юный граф вызывал беспокойство, и Педру бросил несколько незначительных намеков, когда отправлял Веру на каникулы домой. По возвращении девушка подробно расскажет, что творится в голове брата, чему он учится и кого слушает. И привезет образцы крови. В Коимбре юный граф появится не раньше чем через год, и за это время многое можно упустить.
Однако кажущиеся наполеоновскими планы закончились очень быстро. Педру разобрался с делами за сутки. Еще несколько дней отдыхал, наслаждаясь тишиной и покоем, а потом откровенно заскучал и впал в тоскливую меланхолию.
Он даже перестал петь по вечерам и не писал новых текстов. Стихи просто не шли, застревая где-то в мозгу неприятной обязанностью, а музыка вместо красивой мелодии превращалась в одинокий, противный трунь по нервам. Пришлось признать, что с творчеством нужно подождать до лучших времен. Ища вдохновения, Педру шатался по городу, смотрел на воду и с совершенным безразличием продолжал решать насущные административные вопросы.
Что ж, это было не ново. Такова незавидная судьба любой творческой и утонченной натуры: переживать тоску и апатию с той же глубиной, что и возвышенные порывы любви и восхищения. Педру принимал этот факт и послушно платил свою цену, ожидая нового подъема. Но в этот раз провал почему-то тянулся непростительно долго. Каникулы подходили к концу, скоро должен был возвратиться повелитель, и Педру просто не мог позволить себе встретить его в таком неподобающем состоянии.
Поэтому всеми силами пытался вернуть себе доброе расположение духа и привычную веселость, которую так любил в нем дон Криштиану. Он устроил неожиданный вечер фаду, просто выйдя на площадь с гитарой. Немногочисленные студенты, оставшиеся на каникулы, порадовались. А он нет.
Несколько раз летал в Назаре в надежде, что вопреки сезону волны поднимутся до приличной высоты и он сможет насладиться любимым спортом. И ему даже казалось, что это работает. Он возвращался в Академию мокрый, уставший и довольный, но стоило перьям просохнуть, состояние «заплесневелого овоща» накатывало с новой силой. И начинало раздражать.
Педру подпер щеку ладонью и оперся на перила, провожая взглядом уплывающую палку. Прислушался к ощущениям: все то же тоскливое одиночество царапало грудь. Время от времени возникали в голове радостные лица семьи, веселящейся в Альпах, и не менее довольная физиономия Фабиу. Педру фыркнул, выпрямился и тряхнул головой. Нет, нельзя тонуть в этом дальше. Сегодня он предпримет еще одну попытку привести себя в порядок. И в этот раз все получится. Не может не получиться.
Педру быстро прочесал Академию сверху донизу, завершая ежедневные дела, и отправился в свои покои. Сменил менторский костюм на легкие джинсы и рубашку, простую с виду, но сшитую специально под его «особенности», надел крест-амулет и закинул на плечо кожаную куртку. Распахнул окно, еще раз оглядел спокойный вечерний город и расправил крылья…
Порту встретил его веселым гомоном фестиваля, запахами вина и мяса, разлитыми до самого побережья, и кораблями. Пара аутентичных каравелл, довольно четко копирующих знаменитые корабли Вашку да Гама, швартовалась у причала. К ним Педру направился в первую очередь. Посидел в вороньем гнезде, сверху наблюдая за туристами и веселыми жителями. Постоял на носу, подставляя лицо соленому ветру и вспоминая славные прошедшие дни. Послушал плеск волн. И лишь потом легкой походкой направился в город.
Педру посещал национальные фестивали с искренним любопытством. Люди так отчаянно стремились вырваться из «темных веков», так радовались, что их нынешняя жизнь не похожа на паршивое страдающее средневековье, но каждый второй праздник и карнавал возвращал их в это неказистое прошлое. Может, дело в несовершенной памяти? В отличие от бештафер, людям не дано проживать и понимать заново давно прошедшее. Может, это полезно. Те, кто никогда не знал, каково это — выживать среди чумы и рабства, считают, что должны ощутить на себе хоть отголоски того тяжелого бремени, чтобы искренне порадоваться своему комфортному настоящему? Хотя на бремя людские праздники похожи не были. И мало общего имели с реальным их прошлым. Зато изобиловали вином, едой и весельем. И Педру решил, что это именно то, что нужно, чтобы просто развлечься и «проветрить голову».