Император возник у самой кромки воды, явно рассчитывая произвести впечатление резким появлением. Но дважды одни и те же фокусы редко срабатывают. Педру бросил на него безразличный взгляд.
— Ты чего такой смурной, ментор? — усмехнулся император. — Дуешься, что на прием не позвали?
Педру пожал плечами, лукавить с Александром больше не было смысла. Но может, хоть чужой пример его немного вразумит.
— Я решил сыграть на чувствах. Проиграл.
— Тогда почему рыдает девочка? Где же радость победы?
— Как сказал один из классиков, — глубокомысленно заметил Педру, — любовь — это игра, в которой выигравшему достается смерть…
— О, помочь? — прищурился император. — Стратег давно на нее зубы точит.
— Только тронь… — Педру показал клыки. — И держи своего кабана подальше от моей колдуньи.
— Смело. Пояснишь? — Александр скрестил руки на груди и постучал пальцами по плечу.
— Она часть моих приоритетов. Пока что. Я буду защищать.
— Как это возможно?
Педру прищурился и пару мгновений помолчал, делая вид, что подбирает слова. Играя свою роль. На самом деле у него были четкие указания, что говорить Александру, какую информацию отдавать и что просить взамен. Дон Криштиану, пригрозив Педру кочергой, все-таки позволил своему бештафере самому поговорить с Верой. Оставил вопрос искренности с колдуньей на откуп ментору. Но все остальное… «Ни слова, ни шага…» Александр смотрел на Педру, но говорил уже с ректором…
— Заклятие Изменения формы позволяет Вере не просто поглощать силу дива. Она ее меняет. И меняется сама. Чем сильнее она ко мне тянется, тем легче и быстрее идут эти процессы. А я веками пил кровь Брагансов и впитывал их силу. Пытался быть похож на них. А девочка, видимо, очень хотела быть похожей на меня, — невесело усмехнулся Педру. — Так или иначе, Вера теперь буквально кровная родственница моих королей. И я буду биться за нее как за любого из них, если понадобится. Вы ведь сами заметили: из-за сильной связи ее благополучие напрямую влияет на мое состояние, а значит, на безопасность Академии.
— Ты рассуждаешь уже не как ментор, как фамильяр. Чудно. Но раздвоенная связь еще не делает тебя фамильяром.
— Да. А это делает. — Педру бросил пробирку императору. — Ваш результат, светлейший сеньор. Четкий, честный. И практически применимый. Наша связь основана на крови. Не только девочка менялась в своей природе русалки. Я изменился. Это результат колдовства и врожденных способностей. А не только воли и эмоций. Значит, я был прав: между вами и Софьей связи нет и быть не может.
Александр, не церемонясь, попробовал кровь на вкус, пока Педру мысленно пересказывал все, что узнал за последние полгода, окончательно формируя четкую картину произошедшего и для себя самого.
— Я когда-то говорил вам, мы — суть разум и энергия. И взаимодействуем в первую очередь именно с энергией. Либо перевариваем и питаемся, становясь сильнее. Либо отвергаем, защищаясь от чужого воздействия. Поэтому возникает жажда. Вторгнувшегося в силовой фон при помощи заклятия колдуна бештафера стремится переварить. Или изгнать. Как ни крути, это бой и смерть. Вечное противостояние хищника и жертвы. Но, как оказалось, есть и третий сценарий. Адаптироваться. Измениться так, чтобы энергия колдуна не была больше чужеродной. Знак Изменения провоцирует именно такую адаптацию, в моменте помогая бештафере переписать собственную силовую структуру под новую информацию, полученную от колдуна. Так и становятся фамильярами. Вслед за энергией меняется тело, ДНК семьи вписывается в бештаферу, а каждый отдельный носитель крови становится «частью демонического тела». Но, подчеркиваю, знак лишь помогает. Усиливает процесс, который ведет бештафера. Добровольно. И поэтому… — Педру немного помолчал, подыскивая наилучшие слова. — Я думаю, мы способны совершить подобный переход без ритуала фамильяра. Как произошло со мной и девочкой. Я был уверен, что она не сможет повлиять на меня, поэтому так легко подпустил к себе и принял. Тем не менее я веками пытался провернуть что-то подобное с Брагансами, и, судя по тому, что Вера обрела кровное с ними родство, в какой-то степени у меня получилось. Но это и близко не стоит с возможностями, которые дало колдовство.
— Интересно. А что насчет меня? Я ведь чувствую императрицу. Не так сильно, как прямого хозяина, но я и не шел на сближение, в отличие от тебя. Что скажешь насчет этой «мнимой связи»?