— Теория подтвердилась?
— Да, — коротко ответил колдун.
Вера быстро пробежала глазами изложенные ментором теории и рекомендации. Значит… Анастасия восстановила связь с сыном благодаря тому, что сохранила память и измененную структуру даже после распада тела. И вернувшись смогла снова воспроизвести метрики в физическом теле и настроиться на сына. Ментальная связь с Алешей в этом довольно сильно помогла. А добровольцы…
— После внутреннего ошейника связь стиралась, так считали ученые?
— Они фиксировали очень слабый след. «В рамках погрешности», так они это называли. Теперь ясно, откуда взялась такая «погрешность».
— Это были не остатки колдовства… А буквально след колдуна, впечатанный в дива…
— Да. Господи… — Алеша уронил голову на ладони. — Скажи, что вы придумали, как разорвать связь?
— Не то чтобы придумали, есть три варианта. В теории каждый может сработать. На практике только один безопасен для обоих.
Алеша шевельнул пальцами, призывая рассказать.
— Полностью разрушить след может только гибель физического тела. Либо умирает человек. Либо див отправляется в Пустошь и сбрасывает мясной костюмчик вместе с памятью. Сложность в том, что еще предстоит разобраться, как и в каком виде эти метрики записываются. Пока этих данных нет, единственный выход — забыть все.
— Педру на это не пойдет. Дальше.
— Свести в «рамки погрешности». Если бы я могла привязать его, а потом отпустить, мы бы откатили все к остаточному следу. Но на это он тоже идти отказывается.
— И правильно делает. А третий вариант?
— Сделать ставку на схожесть с фамильярством. Брачный ритуал забирает дочь из одной семьи в другую. Связи разрушаются.
— И полагаю, на этот вариант ментор согласен. — Алеша поднял голову и пристально посмотрел на Веру.
— Более чем….
Вера пересказала Алеше разговор с Аркадием и ментором.
— Хм… — Колдун постучал тростью об пол. — Выглядит все правильно, и беспокойство за твою жизнь он высказывает небезосновательно, но если брак решает, почему он все равно хочет тебя забрать?
— Не факт, что замужество сработает. Связь все-таки очень необычная. И если теория провалится…
— …Ты хотя бы будешь под рукой, чтобы попробовать другое средство…
— Других особо и нет. В Пустошь Педру не пойдет, пройти через заклятие не даст. Это все равно, что приготовить ужин весьма изощренным способом. Проще сразу сожрать без лишних манипуляций.
— Вера, он див. Которому нужно пресечь самое главное: возможность отдавать ему приказы. Думаешь, он станет церемониться, когда ему не разрешат просто сожрать тебя? Уйти в тень не значит умереть. Ты должна оставаться на виду и не представлять опасности. Педру это устроит в два счета.
— Он не станет меня ломать.
— Станет. У него выбора не будет. И сильная связь это позволит. — Алеша встал и снова прошел по комнате. — Чёртов ментор. Чёртова Португалия. Чёртова русалка.
Вера вздохнула и принялась собирать бесполезные записи: ничего нового и меняющего реальность в них не обнаружилось.
— И? Ты действительно собираешься подать документы и вернуться?
— Да. Подозрений это не вызовет. И Педру пытается придумать еще что-то. Я чувствую его… попытки.
Алеша усмехнулся:
— Пытается придумать. Молодец. Вера, он ведь не отпустит тебя, даже если найдет другой выход. Все равно выдаст замуж за подходящего сеньора и оставит в Португалии, при себе. И что тогда? На что ты надеешься?
Вера очень внимательно посмотрела на друга:
— Ни на что. Просто иного выхода нет.
— Есть…
— Алеша, это только наша вина. Только наша ошибка. Ты не должен взваливать ее на себя.
— А что я должен? Стоять в стороне и смотреть, как лев тебя убивает? Медленно или быстро, какая разница. Нет уж. Я могу помочь. И ты это знаешь.
Вера нашла в себе силы не отвести взгляд.
— Выходи за меня. Анастасия облегчит ломку. А я закрою тебя от влияния ментора, если связь сохранится.
— То есть захватишь мое сознание быстрее Педру? — улыбнулась Вера. — Хороша жена, которой можно приказать. Как считаешь?
— Вера, ты не див. Я никогда не прикоснусь к твоему сознанию, если ты сама не захочешь меня впустить. Обещаю. И никогда не прикажу. Но рисковать твоей жизнью я не готов. Я видел твою ломку изнутри. Ты не справишься одна. И тут уже я хочу гарантий. Откуда мне знать, что какой-нибудь сеньор Альвареш со своим пятиуровневым фамильяром вытащит тебя из пропасти? Ментор не может обещать, что разрыв связи не станет для тебя фатальным. А я могу.
Вера встала, положила собранную папку на стол и сжала кулаки, заставляя сердце биться медленнее и спокойнее. Одного того, что друг не обвинил, не счел молчание предательством и не отвернулся, а остался рядом, уже хватало, чтобы броситься ему на шею со слезами благодарности. Но его слова и готовность защищать… Это уже требовало не просто благодарности. Вера не представляла, что может дать взамен за такую жертву, и оттого ощущала себя перед Алешей еще более беспомощной, чем даже перед Педру в его звериной сути. Отдать себя на съедение было бы проще, чем честно говорить с другом.
Честно… до конца…
Вера повернулась к Алеше:
— Ты мой друг, всегда им был и всегда будешь. Как и я для тебя. Не больше. Я люблю тебя, Алеша, но вряд ли смогу влюбиться.
— А в кого-то другого сможешь? — спросил колдун вкрадчиво. — В чем ментор не прав? Ты будешь презирать любого жениха, которого предложат, просто потому что он — не Педру.
— Ты слишком хорошо меня знаешь, — грустно улыбнулась Вера.
— Потому и хочу помочь.
— И что попросишь взамен?
— То же, что любой мужчина. — Алеша подошел ближе и легко коснулся пальцами подбородка Веры, поднимая вверх ее лицо и ловя взгляд. Левый глаз колдуна заметно потемнел. — Верности.
Вера взяла его за руку, сжала холодные пальцы, шагнула навстречу и положила голову на плечо друга.
— Слишком больно. Я не хочу, чтобы ты жертвовал своей жизнью. Своим возможным счастьем. Я знаю, каково это — пережить предательство, но боль проходит… ты достоин счастья. Настоящего. С той, что будет любить тебя не как брата. И в которую ты захочешь по-настоящему влюбиться. А не просто спасти.
— Любить… — Алеша погладил Веру по спине. — Любить нужно здесь и сейчас, а не когда-то в будущем. Каждый день выбирать этот путь заново. Ты едва ли не самый дорогой человек для меня. Самый близкий друг. Если, чтобы спасти тебя, нужно жениться, я сделаю это, не задумываясь. Если нужно будет отвоевывать тебя у всей Португалии — буду воевать. Но! — Алеша отстранился и снова посмотрел Вере в глаза. — Я не дам тебе ни единого шанса пустить мои усилия насмарку. Если ты со мной — то только со мной. Никаких полумер и оправданий из разряда «теперь это безопасно». Я знаю, что ты любишь его. И не буду просить изображать чувства ко мне, если их нет. Но мы десять лет прошагали бок о бок, и нет человека, которому я бы доверял так, как тебе. И это самое важное. Мы сможем сохранить это доверие?
— Да, доверие мы сохранить сможем.
— Мне этого достаточно. — Колдун сделал шаг назад, оперся на трость двумя руками и галантно склонил голову. — Если примешь мое предложение, я почту за честь взять тебя в жены. Сиюминутный ответ не нужен. Доброй ночи. — Алеша развеял знак тишины и направился к двери.
— Доброй ночи. И спасибо, — сказала ему вслед Вера.
— За что? — Алеша остановился.
— За то, что предложил сам. У меня не хватило бы ни духу, ни совести просить о подобном.
— Не прибедняйся. Хватило бы. Вопрос в том, когда и при каких обстоятельствах. Ты еще сокрушаешься о своих рухнувших планах, но долго страдать не в твоем характере. И оставив позади возмущение, ты поняла бы, на что обречен он, если не найдет выход. Увидела бы в какую труху разлетится все, что он любит, если следующий шаг будет очередной ошибкой. Тогда ты пришла бы ко мне сама, наплевав на все приличия и совесть.