– Вот с такими воспоминаниями и работа легче пойдёт. – Он подмигнул, выпуская меня из объятий.
Вернулась я в горницу, а Кощей мне навстречу вышел, кафтан на ходу оправляя. Алёша за дедом как привязанный шёл, подпрыгивая и о чём-то болтая без умолку. Кощей его одёргивал, но не ругался. А как меня увидел, выдохнул с явным облегчением.
– Лада, меня во дворец вызывают. Пригляди за этим сорванцом. Погуляйте с ним, съездите на ярмарку, что ли. – Свёкор протянул мне кошель с монетами. – Заодно купишь, что тебе для дома надобно, покуда обоз с вещами до города доберётся. Не ходить же тебе в одном платье всё время.
– Спасибо. – Я как-то растерялась от его заботы, но отказываться не стала. – А за Алёшу не переживайте, присмотрю.
Я улыбнулась мальчишке, но тот сморщился и расхныкался, за Кощея прячась.
– Не хочу с няней! Я с тобой пойду, дедушка, – закапризничал он, вцепившись в штанину колдуна.
– Да пожалуйста, – пожала я плечами. – Мне же больше лакомств достанется. В парк схожу, на карусели покатаюсь. В городе-то карусель куда интереснее, чем на сельской ярмарке!
– Пряники испробовать не забудь, – догадался о моей хитрости Кощей, пряча в бороде улыбку.
– Точно, это вы хорошо напомнили. Помнится, сестрица моя, Василиса, привозила расписные пряники: на меду, с яблочной начинкой. Вкусные-превкусные, так и таяли во рту! Надо поискать, где такими угощают. – Я в задумчивости взвесила кошель на ладони.
Алёша отлип от деда и бочком пододвинулся ко мне. Дёрнул меня за подол и доверительно сказал:
– Я знаю где.
– Правда? Ох, жаль, что ты едешь во дворец с дедушкой! Мог бы показать дорогу. Заодно купили бы пряников к чаю. Но нет так нет, обойдёмся краюхой хлеба. – Я вздохнула, делая вид, что собираюсь уходить.
На лице мальчика отразилась борьба между желаниями: пойти во дворец или за пряниками. Любовь к сластям победила.
– Дедушка, ты не серчай, я в следующий раз с тобой поеду, – пообещал Алёша Кощею, а сам протянул мне руку. – Пойдём, я покажу куда.
Я подмигнула свёкру, сохраняя серьёзный вид, и вслед за мальчиком вышла на улицу. Ветра или Пенку седлать не стали, Кощей свистнул нам какую-то колымажку, щедро отсыпав кучеру, чтобы тот возил нас ведь день. Яроград не село, чтобы по нему пешком расхаживать.
Стоило выйти за калитку, как мою ладонь тотчас отпустили. Алёша сразу дал понять, что никаких походов за ручку он не потерпит. «Большой уже!» – объяснил он, а сам по сторонам поглядывал, чтобы приятели его с няней не застали. Спорить я не стала, но в колымажку ему забраться помогла.
В городе было оживлённо, куда оживлённее, чем в селе даже в ярмарочные дни. Все куда-то спешили, перекрикивались, ругались. Проехавший мимо всадник чуть не сбил бредущую с рынка женщину и напугал меня до заикания: я отлипла от окна и до самой ярмарки смотрела только на Алёшу.
Кучер остановился неподалёку от ярмарки: дальше колымажке ходу не было. Лавка с пряниками расположилась в самом начале. Домик и сам выглядел сделанным из сладостей, с красивой лепниной и ярко-красной крышей. Доброжелательная хозяйка предложила целый набор пряников на большом круглом подносе, и я разрешила Алёше выбрать понравившийся. Он жадничать не стал, взял небольшую пряничную собаку. Судя по тому, с каким печальным видом он провожал каждого встреченного нами пса, Алёша мечтал о собственном мохнатом друге.
– Отец не разрешает собаку, говорит, я слишком маленький, – с печальным видом подтвердил мою догадку Алёша.
Транжирить все деньги я не собиралась, но не удержалась от ещё одной покупки: большой круглый пряник с соколом так и манил, чтобы его взяли! Раскрывшая крылья птица над лесом больно уж напоминала недавнего ночного гостя.
Закупились мы с Алёшей и отправились дальше, любуясь яркими палатками и рыночными представлениями, и остановились у коновязи, где мальчик сразу прикипел взглядом к мохнатому пони. Даже карусель не так его заинтересовала. Пришлось раскошелиться, зато сколько радости мальчику! Алёша после катания все уши прожужжал мне, какой он лихой наездник.
Мы немного прогулялись вдоль продуктовых рядов, выбрали мне платье – простенькое, но цвет больно красивый, глубокой зелени. К ужину прикупили овощей, мяса и хлеба и даже успели глянуть на парочку скоморохов на самодельном помосте. Те показывали сценку казни оборотня, люди вокруг хохотали, а мне неприятно сделалось. Ну разве есть что-то весёлое в убийстве? Алёше представление тоже не понравилось, и он не стал капризничать, когда я предложила вернуться домой.
Уходя с ярмарки, я хлопнула себя по поясу и поняла, что кошеля как не бывало. Обокрали! Срезали кошель, а я и не заметила, как это случилось! Денег там оставалось всего ничего, но это было слабым утешением. С простой задачей не справилась, растяпа! Обидно до слёз. И разве отыщешь теперь вора? А даже если найдёшь: он меня саму прибьёт, не посмотрит. К тому же не одна я, а с Алёшей, и за него отвечаю…