– Эх. Вот тебе и доказательство. – Выдохнул колдун, разглядывая на свет получившееся зелье. Грязное оно было, мутное. В отличие от второго, куда я кровь обманутой жены добавила. – А ведь славная пара была.
От меня он отходить не торопился. Наоборот, придвинулся, за плечи обнял.
– А может, это я что-то намудрила? – неловко попыталась я найти другое объяснение, но Финист качнул головой.
– Я внимательно наблюдал. У тебя для первого раза хорошо получилось. Сестре помогала с зельями?
– Немного. Я и Кощею отвар сварила, чтобы голова не болела. Он его принял и снова уснул.
– Что за отвар? – тут же уточнил Финист, и я рассказала ему рецепт.
Муж покивал с умным видом.
– Травы сама собирала?
– Нет, это всё Василиса, – призналась я со смущением, вспомнив, как летом сестрица бегала по полю, в то время как я в тенёчке читала книги. Правда, не приключения, а учительную книгу – и решала заданные ей задачки.
– Тогда будет, чему поучиться. Говорят, шептуны хорошо в травах разбираются. Как отец поправится, сходим на луг за город, – пообещал Финист и спохватился. – Хочешь?
– Хочу. Мне интересно, – тотчас согласилась я. – Только ты не жди от меня многого. Вдруг я неправильная шептунья?
– Просто необученная. – Муж покачал головой. – Ложись спать, жёнушка. Утро вечера мудренее. А за отцом я и сам пригляжу.
– А с утра как вставать будешь? Нет уж, ложись лучше ты. Тебе работать завтра, посетителей принимать. – Я развернула его к дверям. А он ещё и упирался, вот твердолобый!
– Кстати, днём никто не приходил? – у самых дверей вспомнил муж.
– Приходили.
Я перечислила всех посетителей. Услышав о торговце с серьгой, он насторожился, попросил описать подробнее. А как я описала да добавила, что пригрозила гостя заколдовать, если не уйдет, закрыл лицо руками с таким выражением, будто не знал, ругать меня или смеяться.
– Я кого-то важного выгнала, да? – предположила робко, прихватив мужа за рукав, а Финист не выдержал и всё-таки ухмыльнулся.
– Всего лишь верховного колдуна. Тише. – Он приложил палец к моему округлившемуся рту. – Михея давно пора было поставить на место, а то привык к другим как к себе домой ходить. Но метлой, надо же!.. – Финист покачал головой, а затем успокаивающе улыбнулся и меня по щеке погладил. – Ну-ка, не бойся. Ничего он тебе не сделает. Веришь?
Я вдруг поняла, что верю: если понадобится, муж меня хоть от верховного колдуна защитит, хоть от царя-батюшки.
С трудом спровадив Финиста в опочивальню, я собрала целый ворох тканей, найденных в сундуке в своих покоях, вернулась на кухню и принялась за шитьё. Работать при свечах мне было не привыкать, к тому же я никуда не торопилась. Несколько раз за ночь навестила Кощея, однажды дала ему напиться – и снова возвращалась к шитью.
К утру занавески были готовы. Простенькие, из белого ситца в крупный голубой горошек. Хорошо бы украсить их кружевами, но на первое время и такие годились. Под утро, интереса ради, я попробовала пошептать над собственными исколотыми за ночь пальцами, но ничего не добилась. Может, Финист ошибся и никакая я не шептунья? У Алёши и то лучше заговоры выходили.
Впрочем, колдовство домашних дел не отменяло. Девушка, что раньше в доме убиралась, пришла с утра и через час получила расчёт: очень мне нужна прислуга, работающая для видимости! Стоило пройтись следом за ней тряпкой по шкафам или залезть под скамью, как оттуда вылетали клубы пыли.
– Не боишься упасть? – поинтересовался свёкор, когда я вешала занавески.
Кощей проснулся с первыми петухами и сам зашёл в горницу, хотя я и настаивала, чтобы он лежал и отдыхал. Для человека, который вчера чуть не встретился с праотцами, чувствовал он себя просто прекрасно, даже позавтракать успел. Порывался помочь с уборкой, но я не позволила. Правда, выгнать его не удалось: Кощей уселся в углу с книгой, присматривая за мной. Наверное, приловчился Алёшу колдовством ловить, – догадалась я по его замысловато сложенным пальцам, но возможности поймать себя не предоставила.
И всё-таки удивительное дело, как одна мелочь меняет картину! С занавесками в горнице сразу стало уютнее: яркий солнечный свет больше не бил в глаза, а стелился тонкими полосками. Стол я украсила белой скатертью, поставила посередине вазу с цветами из сада. Хотя пока добиралась до цветов через заросли сорняков и сваленных в кучу веток, чуть юбку не порвала и все руки исколола! Так что садом тоже предстояло заняться, но позднее.