Всетемнейший, за что мне это? В прошлой жизни я была праведницей, не иначе.
― Фин, ― выдохнула я не своим голосом.
― Прости, ― он, напоследок еще раз прижав мои пальцы к губам, выпускает мою ладонь, но виноватым не выглядит. ― Больше не повторится.
Мне остается только порадоваться, что он столь благоразумен. Это лишь вторая наша встреча, а я от одного только его взгляда забыла, как меня зовут, о чем мы говорили, где я нахожусь, я забыла, зачем я и почему, я забыла все, что знала, думая только лишь о нем.
― Ложись в постель, ведьма, я расскажу тебе сказку. ― Он неожиданно подвинулся, позволяя мне забраться под одеяло. Сам же, дождавшись, пока я устроюсь, вытянулся рядом. ― Давным-давно, пару тысяч лет назад, в горах жили гордые птицы. Это было племя соколов, они были сильны и храбры, охраняли свои территории ценой жизни и способны были победить даже быка. Каждый сокол находил свою пару и оставался ей верен, покуда смерть не разлучала их. Когда же это случалось, он доживал свой век в одиночестве, не в силах полюбить никого другого.
Правил ими мудрый старый король. У короля этого был единственный сын, но тому, в отличие от отца, в любви не везло. Шли годы, а он все не мог встретить соколицу, которая покорила бы его гордое сердце. Все его знакомые и друзья уже нашли любовь, он же скользил в облаках в одиночестве, не в силах расслышать зов другого сердца, созданного специально для него.
После долгих лет одиночества сокол обратился к отцу: «Батюшка, не могу я коротать век один, дозволь же мне покинуть родные края и взглянуть на свет».
Подумал старый король, да и согласился – не видать сыну счастья среди скал. Да неизвестно было ему, что сын задумал недоброе: он, отчаявшись найти любовь, решил проститься с жизнью.
Фин надолго замолчал, и я, завороженная его голосом и историей, выглянула из теплого кокона одеяла на его лицо.
― А, не спишь все же, ― он улыбнулся, притягивая меня к себе. Теперь мы лежали совсем близко. ― Молодой сокол летел долго: над скалами, над пустынями, над морем, пока не достиг, наконец, лесного края. Там, расчерчивая небо взмахами крыльев, отыскал он скалистый берег реки и, не в силах больше сносить гнетущее одиночество, сложил крылья и бросился вниз, моля богов о смерти.
Долго сокола мотало по черным волнам забытья, когда же он вынырнул на поверхность, на него обрушился мир. Он был цветной, наполненный запахами, совсем другой, и тело сокола было тоже совсем другим. Он обнаружил себя человеком в незнакомой землянке, где остро пахло травами. Успев только подивиться, он вновь провалился в забытье.
Землянка эта принадлежала хозяйке этих лесов – молодой ведьме, только недавно обретшей полную силу. Она, дитя богов, пела песнь своего одинокого сердца уже не первый год, недоумевая, отчего возлюбленный все никак не найдет ее дом. Ведь всем известно – песне любви ведьмы невозможно противиться, если уж услышал. Каково же было ее удивление, когда утром, отправившись к реке за водой, она нашла необычно крупного сокола. Он, израненный, изломанный, лежал средь камней, истекая кровью, и из горла его вместе с последними хрипами лилась неслышимая другим песнь, и ее древний язык нашел отклик в сердце ведьмы.
Она принесла его домой и взмолилась богам не забирать возлюбленного у их дочери. Те, конечно же, смилостивились и даровали соколу не только исцеление, но и способность обретать человеческое обличье. В конце концов, это была именно шутка богов: поместить два предназначенных друг другу сердца в столь разных существ.
Ведьма выходила сокола, научила его быть человеком, научила одеваться, вести себя, рассказала, как устроен мир, научила чтению и письму, а потом отпустила на все четыре стороны. Вывела за порог и указала, в какой стороне человеческое жилье.
Долго не было сокола, годы прошли с того дня, как он покинул ее порог. Но отчаяние неведомо было ведьме, ведь она спела песнь любви однажды, и сокол нашел путь к ней даже средь облаков, значит, сердце его принадлежит ей.
И в один прекрасный день в дверь ее постучал не юноша, но мужчина, достойный ее силы и любви. И она приняла своего сокола. Они вернулись в горы к родне сокола и стали королем и королевой нового царства, и имя ему Берграйх.