Алай подобралась на гнедом, и было видно, что она еле сдерживается, чтобы не поднять Сараха в галоп. Тёмное пятно впереди превратилось в верховых. Руан шарил глазами по передним всадникам, взгляд выхватил Харана, и Ашна рванула вперёд под крик «паде!».
Встреча вышла суматошной. Руан хлопнул Харана по спине и отошёл в сторону как раз тогда, когда Алай подъехала на Сарахе и спешилась, кидаясь на шею мужу. Тагат посмеивался, глядя на них, потом махнул Руану.
- Добро пожаловать, - сказал он высокому мужчине со светлой бородкой, довольно ярко одетому. - Меравир, это наш союзник, Руан. Меравир - брат Милута, - обернулся он к Руану. - Сподобился-таки приехать, белоглазый!
- Но-но, - пробасил широкоплечий, кряжистый Меравир. - Ты смотри, плоская морда, не забывайся. Одно дело - пить вместе, другое - страну кроить.
Аслэг подошёл к ним вместе с Кам, и Меравир округлил глаза, увидев Улхасум.
- Досточтимый привёз жену… Да, Харан был прав. Времена действительно меняются. Рад встрече, - поклонился он Камайе. - Да будет ладонь Матери Даыл ровной под копытами твоего коня.
- Да хранят тебя Высокие небеса, - с улыбкой отозвалась Камайя, звякнув височными кольцами роскошного венца. - Приветствуем гостей!
По дороге к Улданмаю Руан с любопытством осматривал северное посольство, отделившееся от основного отряда. В той части Озёрного края, которую ему доводилось как-то проезжать по пути из Телара в Валдетомо, было много детей от смешанных браков хасэ и местного населения, и узкие глаза в сочетании с волнистыми русыми волосами встречались довольно часто. В этих гостях крови хасэ заметно не было, - по крайней мере, внешне, - и Руан, привыкший за этот год к лицам Фадо и Халедана, весело удивлялся, насколько странной казалась ему теперь внешность жителей Озёрного.
Именитых гостей в посольстве оказалось, к удивлению Руана, всего трое. Приветственный стол, накрытый в приёмном зале, тем не менее, заставил бы устыдиться и устроителей банкетов во дворце крейта; Руан, покосившись на довольную Камайю, сидевшую в углу зала, ни минуты не сомневался в том, кто занимался его подготовкой. Меравир много пил и громко хохотал, его свояк и ещё какой-то близкий родственник не отставали, Аслэг благодушно слушал их, а потом так же благодушно обменялся с ними бумагами.
- Послезавтра уезжают, - сказал Тагат, когда трапеза наконец закончилась, и они с Руаном стояли, вдыхая свежий воздух снаружи, в то время как слуги убирали зал.
- Послезавтра? - удивился Руан, оглядываясь на учтивого Канука, который вёл гостей в выделенные им покои. - Так быстро?
- А что им тут торчать, - хмыкнул Тагат. - У них, в отличие от Вайшо, тут дел больше нет. Привезли залог мира и уезжают.
- А что народу-то столько тащили? Два десятка слуг.
- Для пущей важности, - пожал плечами Тагат. - Ладно. Вечер уже. Пойдёшь им город показывать? - подмигнул он.
- Не-не-не… - отчаянно пробормотал Руан. - Даже не думай!
67. Кам.Четырнадцать
- Два десятка слуг… Очертенеть, - бормотала Камайя, шагая по галерейке. - Надо было столько притащить… Ладно. Сейчас тепло, дров много не уйдёт. Туруд, Нелха, им нужно помыться с дороги. Отправьте им парней и купели в оба их шатра. Нелха, следи за тем, чтобы девушки там не ошивались. Парни с дороги ошалевшие. Два с лишним месяца женщин не видели. Поняла?
Нелха испуганно кивнула.
- Мне надо найти старшего слугу? - спросила она робко. - Или Тагата?
- Лучше Тагата. Он уже распорядится об остальном. Кухня готова?
- Готова, госпожа. Всё сделано. Ограда для лошадей, сено, вода, одеяла… Не тревожься, досточтимая. Канук позаботился о господах, у них покои.
- Ладно. О… И тут они. Вовремя. - Из-за угла вышли три парня и Чимре в мужском наряде, и Камайя махнула ей. - Аслэгу на глаза не попадалась?
- Нет, - буркнула Чимре. - А Тагат с Руаном ушли спаивать послов.
- Вот оно как… Пойдём. И друзей этих бери.
Шатёр был натоплен, на столе стояли мисочки с фруктами и орехами, а в центре, на большом пёстром блюде, источал дивные ароматы румяный пирог.
- С днём рождения, - сказала Камайя с улыбкой, глядя на растерянное лицо Чимре. - Четырнадцать - прекрасный возраст.
Три парня-слуги из посольства озадаченно переглянулись, потом дружно заорали.
- Ты что не сказал! - воскликнул один, с пронзительно-синими глазами. - Я б тебе подарок приготовил… А, да к лешему. Держи. Бойкий ты, пусть тебе счастье принесёт.
Он снял с себя пояс с узорчатыми ножнами и шагнул к Чимре, опоясывая её. Камайя прикусила губу: Чимре ловко выхватила нож и восхищённо повертела его в руках, потом прищурилась и задрала подбородок.