Первым она кинулась на меня, как на самого отстающего, и моя жизнь могла оборваться в тот же миг, если бы не индра, упавший с небес. Дэв вонзился в Безликую своими страшными когтями, но тотчас с мучительным криком выпустил ее, когда его лапы обожгло ядовитой шкурой.
– Она может убить даже дэва, – прорычал лорд Кален.
– Лучше их, чем нас, – парировала леди Зоя. – Приготовь свои щиты, Кален!
– У всех есть слабое место. Где находится ее?
– Здесь. – Костяная ведьма указала на область живота чудовища, где что-то сверкало на свету. – Ее серебряное сердце, – зловеще пояснила она и вновь вскинула меч. – Если нам удастся вырезать его из…
– Оставайся на месте. – Лорд Фокс, морщась, поднялся на ноги. – Стоит ей уничтожить тебя, как двое из нас тоже падут, и она это знает. Зоя, защити их.
– И оставить все веселье вам двоим? – проворчала аша, но при этом все равно принялась сплетать над нашими головами сильные руны Щита – я видел, как маленькие каменные осколки без ущерба отскакивали от преграды.
В это время Темная аша не обращала на нас внимания. Настал ее черед опуститься на землю – глаза закрыты, лицо напряжено. Кузнец душ знал, что девушка собиралась делать, но ничего не объяснил. Вместо этого он сел рядом с ней, взял ее ладони в свои. Как только он закрыл глаза, их серебряные сердца одновременно засияли.
Фамильяры Костяной ведьмы применили ту же тактику поведения, что использовали с Аадилом, только на этот раз с огромным трудом, когда Друж обернулась лицом к одному из них, а хвост направила на второго. Еще одной помехой оказался ее яд, который струился по ее телу гладкой черной гнилью и с шипением падал на песок. Несколько его капель попали на лорда Калена: он крякнул, но скорости снижать не стал. Обрушил меч на ужасный хвост чудовища, а оставшийся обрубок искромсал новой партией рун Огня. Но стоило ему вызвать Ветер, как ядовитая желчь полетела в нашу сторону.
– Никакого Ветра! – закричала Зоя. Ее защитные барьеры уберегли нас от страшной участи, лишь окружающую нас землю, за пределами преграды, выжгло до черноты – желчь стремительно растворила каменные обломки.
Остальные дэвы решили действовать с большей осторожностью. Они окружили Безликую, время от времени размахивая когтями и клыками, но не решаясь перейти в полное наступление. Заурви первым предпринял попытку, однако магия этого места помешала ему, и льда, который он выдохнул, едва хватило, чтобы заморозить землю.
Саурва следующим попытал счастья, но с визгом отскочил назад, когда сильный удар Безликой запачкал его конечности гнилью. Дэв принялся скрести лапами по песку в отчаянной попытке стереть яд. Темная аша зашипела от боли, ее ногти вонзились в землю. Из пасти ази вырвался огонь, но Безликая взмахнула хвостом, и пламя отскочило от грубой чешуи.
Тут дэвам поступил безмолвный приказ, и они, повинуясь ему, бросились на обреченную разом. Их собственный яд по сравнению с тем, что выделяла Безликая, был не страшнее духов, а потому не мог по-настоящему их защитить. Отступив, они продолжали упорно сражаться, несмотря на прожигающую до костей гниль. Темная аша дрожала всем телом, по ее ладоням стекала кровь из оставленных ногтями глубоких вмятин.
Лорд Фокс увернулся от тянущихся к нему длинных рук чудовища. Сначала он отпрыгнул в одну сторону, подождал, пока обреченная кинется на него, а потом нырнул вправо, подав клинок острием вперед. Тот вошел глубоко в ее грудь там, где должно было находиться ее сердце, Безликая только взвыла от боли. Тогда мужчина вынул меч, но в руке у него осталась одна лишь рукоять – оружие расплавилось от сильной концентрации яда. Лорд Фокс выругался.
– Продолжай ее отвлекать, – прохрипел лорд Кален, который по-прежнему молотил мечом по хвосту между градом ударов, сыплющихся на Безликую от дэвов. Толстая чешуя обладала прочностью самой превосходной брони, и его клинок оставлял на ней только зазубрины и неглубокие порезы. – Тия, отойди назад! – резко рявкнул он. – Дай нам…
– Нет времени! Тия долго не протянет! – Лорд Фокс отшвырнул остатки меча, кинулся на обреченную и под защитой окружающих его рун взобрался по ее ногам к самому поясу. Взвизгнув, Безликая царапнула его когтями, но он уже, погрузив руки в ее живот, искал заключенное в него стеклянное сердце.
– Нет! – вырвалось из горла Темной аши, и земля под нами содрогнулась. Почва вздыбилась, поднялось цунами из песка и грязи. Уставившись на гребень песчаной волны, я вдруг осознал, что вместе с ней поднялись и мертвые. Дрихтианцы, служившие прежде Друж, теперь обратились против нее; они хватали ее своими неживыми руками, не обращая внимания на шипящую кислоту, прожигающую их гнилую плоть.