– Ты используешь сердце сумрака не для себя, – произнесла жрица, намеренно растягивая слова, – а как угрозу против старейшин, если те перейдут черту. Ты заставишь их смягчить законы и установить правила, которые бы продлили тебе жизнь. Это шантаж.
– Да.
Жрица опустила голову. Между нами на несколько секунд установилась тишина. Пламя опустилось еще ниже, будто встревоженное, как и его госпожа, моим заявлением.
– Было бы проще исполнить предназначение сердца сумрака, – наконец сказала она. – Не будет магии – не станет аш. Ты сможешь вернуться к прежней жизни до того, как тебя призвали, а твоя наставница будет жить и процветать. Столь презираемые тобой старейшины лишатся своего положения и больше не смогут навредить ни тебе, ни дорогим тебе людям. Но ты же по-прежнему ищешь золотую середину, не желая полностью отказываться от магии.
– Старейшинам не нужно сердце сумрака, они жаждут использовать магию для расширения своего господства над королевствами и боятся потерять то, что Вернаша из Роз заполучила хитростью. Сердце необходимо Безликим, но те воспользуются им по примеру Парящего Клинка, а не Изогнутого Ножа, вопреки тому, что почитают именно его. Так почему же ты колеблешься?
Я закрыла глаза.
– Потому что без магии я потеряю своего брата. Пусть старейшины владеют своими чарами и ведут борьбу за власть. Мне нужен только мой брат, рядом со мной.
– Он мертв.
– Сейчас он близок к жизни как никогда.
Жрица вздохнула, и откуда-то из невидимого пространства, вторя ей тихим плачем, донесся хор голосов.
– В день, когда сердце сумрака будет сотворено, а после объединено с сердцами светы и тьмы, ты сорвешь Первую Жатву со Священного Древа, и знакомый тебе мир прекратит свое существование.
– Но я не намерена использовать его…
– Твои намерения не имеют значения. Безликие уже давно страстно желают завладеть сердцем сумрака; они выбрали слова Изогнутого Ножа, исказили их и подчинили своему замыслу, чтобы его учения соответствовали их алчности. Они, подобно Парящему Клинку, возьмут данную Создателем магию и без раздумий одарят ею себя. Но только они не понимают, что помещенные в их сердца семь дэвов куда хуже темной гнили и что умрут они от переизбытка Тьмы, не успеет пройти год.
– Старейшины же стремятся обладать властью, внушать страх в сердца тех, кто желает создания сердца сумрака. Одна мысль о мире после него сковывает их тела ужасом, от которого, как когда-то у Вернаши, в жилах стынет кровь. Их устраивали распри между Безликими за свою долю до тех пор, пока не раскрывались их тайны. Тия, ты ступаешь на опасную территорию между этими двумя лагерями.
Она никогда раньше не называла меня по имени.
– Вы просите меня не искать его?
– Воспользуйся сердцем сумрака, чтобы стать Парящим Клинком либо последовать по пути Изогнутого Ножа. Среднего не дано, Тия. Вариант только один, и даже мне неизвестен правильный.
– Я не могу так жить. – Я с трудом сдерживала отчаяние. – Не могу жить как Микаэла, вечно жертвующая собой ради мира, который даже глазом не моргнет, когда она умрет. Я – эгоистка. И, в отличие от нее, совсем не сердобольна. Порой мне кажется, что она слишком добра на свою беду. Я готова служить королевствам, но только не ценой своего здоровья. Я не буду дожидаться, пока мое тело станет немощным и слабым, неспособным ни на что, кроме как ждать, когда магия наконец сделает свое дело. Я хочу наслаждаться старостью столь же полно, как и молодостью. И хочу, чтобы у Микаэлы тоже было это право. Это несправедливо.
– Когда-то, будучи столь же юной девушкой, как и ты, ко мне приходила убитая горем Сахмет. Ее терзали те же страхи, она испытывала те же душевные муки. Я видела о ней видения, подобные твоим. Но если в них ты захватывала власть над ази, то она укрощала заурви. Дэва можно усмирить с меньшими последствиями для своего стеклянного сердца.
– Почему вы не сказали мне об этом раньше?
– Ты в двадцать седьмой раз посещаешь мои покои и до сих пор не понимаешь причину своего прихода. Прежде чем я отвечу тебе, ты должна задать вопрос. Микаэла этого так и не сделала. Она, как ты правильно заметила, слишком добра на свою беду. Справиться с одним дэвом по силам, но управление всеми приводит к той самой темной гнили, которой ты так боишься. То же самое и с сердцем сумрака.
– Чего еще вы не поведали мне?
– Мне больше нечего тебе сказать. – Жрица отвернулась.
– Постойте! А как же мое стеклянное сердце? Если вы заглянете в будущее, то наверняка увидите, что с ним произойдет.