– Она напугана и немного сбита с толку, еще у нее ожог на руке, но в остальном все в порядке.
– Тия? – нерешительно позвал меня Кален, нежно развернув мое лицо к себе. – С тобой все хорошо? Ты выбежала из пещеры и упала. Ты плачешь… Что там произошло?
Я крепко обняла его, прижалась мокрой щекой к его лицу.
– Я не смогла принять. – Затем коснулась его скул, носа, волос, гладила каждый миллиметр его тела, куда могли дотянуться мои онемевшие руки. – Я не прошла, но невероятно этому рада.
– Почему вы помогли ей? – Лорд Фокс был зол, и его ярость была направлена на горвеканского вождя. Ладони сжаты в кулаки, руки тянутся к мечу на бедре, каждая линия в теле излучает угрозу. – Она провалила ваше испытание. Так почему вы показали ей, как обрести сердце сумрака? Неужели вам так не терпится, чтобы ваше пророчество сбылось, что готовы поделиться с ней своими тайнами, чем дождаться достойного претендента?
– А с чего вы взяли, что ваша сестра не достойна? – Лорд Агнарр оставался спокоен, его больше волновала чаша с чаем, которую он держал в руках, нежели разъяренный Фокс. Мы сидели вокруг наспех разведенного костра, намереваясь скоротать здесь ночь – этого времени вполне хватит, чтобы выпросить милости у любого готового выслушать бога. С одалийской армией нам предстояло встретиться на следующий день, поэтому лорд Фокс уговорил полководцев, пока те не внемлили его просьбе, дать нашим воинам возможность выспаться хотя бы одну ночь.
Первым в дозор вызвался лорд Рахим, который предложил попеременно меняться с двумя ашами. Леди Зоя не высказала желания отдохнуть. Она сидела, прислонившись к большому валуну, и наблюдала за разворачивающейся беседой.
– Разве ее писем вам недостаточно? Почему вы не верите своей сестре? – поинтересовался лорд Агнарр.
Лорд Фокс сердито глянул на него:
– Я больше не доверяю ее поступкам.
– Вы намерены убить ее до того, как она найдет Первую Жатву?
Фокс медлил с ответом. Потом открыл было рот, чтобы что-то сказать, но так и не проронил ни слова, погрузившись в молчание.
Горвеканец перевел взгляд на лорда Халада, который сидел в глубокой задумчивости.
– А что насчет вас, Кузнец? Вы воевали бок о бок с ней, делили вместе надежды и страхи. Вы думаете точно так же?
Светловолосый молодой человек моргнул, стряхнув с себя остатки забытья.
– Я доверяю ей, милорд. Иначе бы не стал выковывать для нее сердце света.
– Но у вас имеются свои причины желать ей успеха, не так ли? – Голос горвеканца лился плавно, точно ласкающий кожу мех.
– Я бы предпочел об этом не говорить, милорд. – Пламя костра отбрасывало мерцающие блики и тени на лицо лорда Халада.
– Ночь имеет свойство удивлять, – пробормотал старик. – Безусловно, у вас есть все основания бояться тех, кто с избытком владеет Тьмой. Я повидал многих, кто поддался ее соблазну, был свидетелем того, как благородные души разлагались под ее властью. Но вместе с тем мне довелось видеть и то, как в упорной борьбе преодолевалось ее притяжение. Я очень сожалею о вашей второй сестре, лорд Фокс. Леди Тия тоже скорбит.
– Я не могу ее простить. – Лорд Фокс оставался непреклонен.
– Но вы по-прежнему любите ее?
Фамильяр отвел взгляд – уже этого ответа было достаточно.
– Почему вы помогаете ей? Она же провалила ваше испытание.
Мужчина улыбнулся почти с жалостью и сочувствием.
– Потому что это не так, генерал Пехлеви. Она его прошла.
17
Я проспала двенадцать часов подряд и проснулась только от наполнившего комнату аромата горячего супа, который принес Лик. Я боялась, что снова очнусь в той страшной пещере или что те странные видения каким-то образом просочатся в мои кошмары. Но когда я открыла глаза, мою руку накрыла большая ладонь Калена и сжала мои пальцы.
– Значит, все было по-настоящему? – тихо спросил Лик, наблюдавший за тем, как я ем. – Ты упоминала горящий Кион. Вряд ли что-то другое в этой горе могло обжечь тебе руку. Если только факелы?
Рана под повязкой, обернутая травами и смазанная лекарствами, горела от боли.
– Не знаю. Лучше спроси у Агнарра. Но теперь я понимаю, почему столько людей не смогло пройти испытание горой. Жаль, что я оказалась в их числе.