Тем не менее, в некоторых случаях…
Я облизываю губы, поглощая все следы ее прикосновений, не желая упустить ни капли. — Тебе не было больно?
Улыбка Мэйвен лукавая. — Может быть, слегка. Но мне так больше нравится.
Затем выражение ее лица становится серьезным, и я сразу понимаю, что облапал ее всю, не проверив, беспокоило ли ее отвращение к прикосновениям. Я извиняюсь и пытаюсь отойти, но Мэйвен обнимает меня и качает головой.
— Я просто подумала. Как мы можем разобраться с твоим проклятием?
— Лекарства нет. Помимо снятия моего проклятия, связав мое сердце с твоим… но твое сердце в Нэтэре.
Она, кажется, надолго задумывается, прежде чем склонить голову. — А драконья чешуя Бэйлфайра как-нибудь поможет? Поэтому ты так сильно хотел ее заполучить?
Напоминание о том, как ужасно я терплю неудачу в приобретении этих чешуек, заставляет меня вздохнуть. Я ложусь рядом со своей хранительницей, снова прижимая ее к себе. Это эгоистично, учитывая все, что только что произошло, но мне нужно, чтобы она была рядом.
— Нет. Чешуя дракона не для меня. Она нужна мне для двух вещей.
Она выжидающе смотрит.
Я изучаю ее и вздыхаю. — Главную причину я не могу назвать. Я обещал сохранить это в секрете.
Но Мэйвен исключительно проницательна, поэтому ей требуется лишь мгновение на размышление. — У тебя не осталось близких родственников. Самый близкий человек в твоей жизни, скорее всего… Гранатовый Маг, твой наставник. Чешуя для него?
Я не могу сказать ни слова, но могу кивнуть.
— Его квинтет умер, — продолжает она. — Я случайно услышала это несколько недель назад, когда занималась в библиотеке, и два преподавателя вскользь упомянули о нем. Итак, если его хранитель мертв, значит, его проклятие вернулось. Должно быть, это ужасное проклятие, поскольку он считается очень могущественным. Ты думаешь, что чешуя поможет ему снять проклятие?
Я снова киваю. — У меня осталось мало времени помочь. Он был моим единственным подобием семьи на протяжении десяти лет, и его последнее письмо было похоже на прощание. Если я не доставлю ему чешую в ближайшее время, он… — Мой голос прерывается, поскольку мое обещание фейри удерживает меня от того, чтобы сказать что-нибудь еще об этом, и я вздыхаю. — Между прочим, из тебя вышел бы неплохой детектив.
— Точно так же, как из тебя получается неплохой заклинатель, — огрызается она, тем же оскорблением, которое использовала после того, как впервые увидела, как я дерусь.
Я прищуриваюсь, глядя на нее, стараясь не улыбнуться ее игривости. — Шалунья.
— Я так понимаю, ты пообещал ему не рассказывать ни единой живой душе, и, должно быть, именно поэтому ты поставил на мою киску, просто чтобы получить то, что ты хочешь от Бэйлфайра.
Я вздрагиваю. Черт возьми, я был для нее худшей парой в мире, не так ли?
— Я сожалею об этом. Я всегда буду сожалеть об этом.
Она пожимает плечами и осматривает свою руку, которая все еще слегка кровоточит. — Это в прошлом. Я прощаю тебя. Но я хотела бы знать другую причину, по которой тебе нужна чешуя дракона.
От вида ее раны у меня скручивает живот, несмотря на то, что при виде ее крови у меня снова текут слюнки. Это такой парадокс.
— Я принесу бинты, — хрипло говорю я.
Но когда я пытаюсь пошевелиться, Мэйвен снова останавливает меня и, кажется, почти… нервничает. Я понимаю почему, когда она тихо произносит заклинание некромантии. Точно так же, как когда мы искали подменыша, воздух леденеет, а моя собственная магия настороженно покалывает в моих венах из-за близости к такому извращенному, темному ремеслу.
Я зачарованно наблюдаю, как кожа Мэйвен начинает заживать и синяки исчезают. Но кончики ее пальцев чернеют, а кожа становится бледнее своего обычного оливкового оттенка.
Закончив, она смотрит на меня. — Ну?
— Пусть это и запрещено, но я нахожу твою некромантию прекрасной.
Ее губы подергиваются. — Спасибо. Но я имела в виду, какова другая причина?
Ах. Я морщусь. — Не говори Бэйлфайру. Или другим. Они подумают, что у меня втайне мягкое сердце.
Она снова ждет, и, наконец, я раздражаюсь и сажусь, чтобы магией убрать беспорядок, который оставил на полу ранее. Пока моя магия действует, я бормочу: — Последняя родословная драконов бесплодна. Через одно-два поколения они вымрут. Я разрабатываю зелье, чтобы обратить вспять их проблему, но для этого нужна золотая драконья чешуя.