— Как выяснилось, я не изменял, — приблизился Форд. — Хотя, да, я себя за это корю. И больше никогда так не поступлю. Ни за что. — Форд схватил Кая за лицо, его глаза пылали яростью. — Но сейчас не обо мне, а о тебе. Ты даже не представляешь, какие вы с сестрой твари! Стелла — чертова лгунья, она специально рассказала Николь о тебе, чтобы та начала с тобой флиртовать. Стелла обещала Николь, что после этого ты станешь её. Но обстоятельства сложились иначе…
Форд ударил Кая в живот. Тот изогнулся от боли.
— Ты, чертов кретин, — Форд снова ударил Кая, на этот раз в лицо. — Обвинил Силли в измене, — ещё один удар. — И предоставил доказательства. Лживые доказательства. Молодец, конечно! — Форд схватил Кая за волосы и ударил его кулаком в лицо со всей силы. — Ты не представляешь, что её отец вытворил с Силли. А всё из-за фотографий! — очередной удар. — И самое главное, ты не отставал от неё, продолжал считать её своей игрушкой…
Форд вырвал Кая из рук Энтони и повалил его на пол. Брайт, сдерживаемый до этого момента, обрушил на Кая град ударов. Он бил его по лицу, по телу, отдавая всю свою ярость и боль. Кай не сопротивлялся. Его тело извивалось от боли, но он не издавал ни звука, лишь тихо всхлипывал, осознавая весь масштаб своей подлости и трусости. Удары Форда были сильными, точными, отчаяние и гнев переполняли его. Он бил, пока не выпустил из себя всю злость, навалившуюся за последнюю неделю. Каждая секунда битья была пронизана яростью, отчаянием и болью Форда за Силли.
Форд выдохся. Вся ярость, обрушенная на Кая, испарилась вместе с каждым ударом. Он смотрел на валяющегося на полу Кая, лицо которого было залито кровью, а нос, судя по всему, был сломан. Тишина повисла в раздевалке, прерываемая лишь тяжелым дыханием Форда и хриплым стоном Кая.
— Я трус, — прошептал Кай, — я знаю. Но ничего не могу поделать с собой. Пусть эти удары станут тем, что изменит меня, что изменит всё.
Форд поднялся, оставляя Кая лежать на полу. Он подошёл к Энтони, который молча наблюдал за этой сценой, его лицо было непроницаемым. Кай, приподнявшись, посмотрел на них обоих. В его глазах стояла пустота, та же пустота, которую Форд когда-то увидел в глазах матери Силли. Пустота, рождённая безнадёжностью и разбитыми надеждами.
— Я не буду участвовать в соревнованиях, — тихо произнёс Кай. — Во-первых, ты сломал мне нос, что затруднит дыхание. Во-вторых… я когда-то отнял роль капитана у Энтони. Возвращаю. — Кай закрыл лицо руками, его плечи сотрясались от рыданий. — Я делал всё ради сестры, но после того, что ты мне рассказал, Форд… я не ожидал такого поступка от Стеллы. Я всё делал ради неё. Всё…
Форд подошёл к Каю и опустился на корточки, глядя ему в глаза. В его взгляде не было больше ярости, лишь усталость и сочувствие.
— Я тоже не ожидал. Ничего от неё. Но, видимо, ни ты, ни я не знали настоящую Стеллу.
— Вообще-то, я её знал, — пробормотал Кай, вытирая кровь с лица. — Но не ожидал, что она опустится до такого…
Кай поднялся и посмотрел на Энтони, его взгляд был полон раскаяния.
— Ли, прости за всё. Хотя я знаю, что никогда не услышу от тебя «прощаю». Но я обязан был это сказать. — Он повернулся к Форду. — Открой дверь, мне нужно срочно поговорить с сестрой.
Форд встал и подошёл к шкафчику, доставая свой телефон. Прочитав сообщение, он повернулся к Каю, его лицо стало серьёзным.
— Пока не могу, Силли мне ещё не звонила.
— Что значит «не могу»? — Кай начал понимать что-то ужасное, его голос дрогнул. — Только не говори…
***
Силли, шагая в школу, ощущала странное смешение облегчения и предвкушения. Хотя наказание за пропуск тренировки ещё не снято, сегодня ей необходимо быть в школе. Быстро набрав сообщение Форду, она улыбнулась. Просьба не выпускать Кая из раздевалки была спонтанной, как и сама идея мести. Долгое время Силли полагалась на карму, веря, что бумеранг обязательно вернётся к Каю и Стелле. Но вчерашний вечер показал ей, что иногда нужно подтолкнуть судьбу к справедливости.
Подходя к школе, она увидела Камелию Андерсон, одну из участниц команды чирлидерш, её верную подругу. Бывшую подругу. В глазах Камелии Силли прочитала обиду и разочарование, но тот взгляд был быстрым, мимолетным. Камелия, явно желая избежать разговора, направилась на тренировку.
— Камелия, можем ли мы поговорить? — крикнула Силли.
Андерсон остановилась, её выражение лица говорило о нежелании, но и о невозможности отказа.
— Пожалуйста, — голос Силли дрогнул. — Я хочу тебе кое-что рассказать.
— Ты мне уже всё рассказала, — отрезала Камелия. — С таких же слов начался наш последний разговор, после которого я перестала с тобой общаться.